Читаем Путь эльдар: Омнибус полностью

Набережная канала уже давно стала заповедной территорией высокородных из кабала Метзух, наиболее преданных гедонизму и чувственности и избравших их в качестве основного развлечения — эпикурейцев. Любой раб, достаточно глупый, чтобы спуститься сюда, в мгновение ока стал бы объектом охоты, да и прислужникам тут лучше было не мешкать. Шикарные притоны и залы плоти переполняли дно яруса и расползались по широким плитам набережной — точно так же, как их посетители. То там, то сям от берегов канала отходили доки и пирсы, где стояли всевозможные вычурные транспортные средства.

Ксагор знал, что за изгибом канала, невидимый отсюда, есть узкий мост, который пересекает преграду через Берилловые ворота. За воротами находились Птичники Маликсиана, которого некоторые именовали Безумным. Благородный архонт Маликсиан был одним из наиболее почетных клиентов Беллатониса, во многом благодаря комплекту лабораторий, который архонт подарил гемонкулу. Это был знак подлинного признания, учитывая, что в то же время многим гемонкулам приходилось довольствоваться чердаками и подвалами, какие только удалось раздобыть, чтобы оборудовать там мастерскую. По Птичникам можно было безопасно добраться до самой Визжащей Башни, где Беллатонис на данный момент вел свои работы.

Харбир остановился, давая проход паре одетых в маски гуляк, прежде чем слезть по шпалерам вниз, в гостеприимную темноту на набережной. Он погрузился еще глубже в тени, озираясь в поисках своей цели. Мрак подходил под его настроение. У него было дурное предчувствие, что он потерял след. Если слуга собирался с кем-то встретиться у канала, сейчас он может быть в любом салоне или притоне из доброй дюжины. Он мог даже сесть на барку и оказаться вне досягаемости — все равно, как если бы отрастил крылья и упорхнул.

Взвешивая варианты, Харбир обдумал то немногое, что ему было известно. Прислужник покинул Красный Дом с чем-то, чего у него не было, когда он пришел. Он был один, и уходил в спешке. Последние два факта не очень сочетались с версией насчет встречи. Он бы не торопился, если бы планировал что-то заранее, и Беллатонис едва ли поручил бы слуге выполнять что-то важное в одиночку. Наверное, в Красном Доме случилось нечто нежданное, раз уж прислужник поспешил прочь, не дождавшись сопровождения. Так куда же он в действительности собирался? Харбир воспрял духом, когда к нему пришло понимание.

Слуга бежал прямиком к своему хозяину.

Ксагор прижал сосуд к себе и зашагал вперед, надеясь, что походка выглядела целеустремленной. С каждым шагом от ладоней вверх по рукам поднимались острые иглы боли, но он только приветствовал их. Те, кто желает послужить боли, должны сначала узнать, как переносить ее, а затем — как возлюбить ее. Так сказал Беллатонис, когда впервые пытал Ксагора. Некоторые думают, что гемонкул — всего лишь мучитель, но те, кто наделен призванием, знают, что даже самый скромный из них может возвыситься и стать чем-то гораздо большим.

На набережной царила почти полная тишина. Пронзительные завывания и вопли доносились сверху, сильно приглушенные клубами сладковатого пара, поднимающегося от канала. Ксагор уже проскользнул мимо двух устроивших дуэль высокородных и менее формальной драки между двумя группами кутил, поссорившихся из-за какого-то реального или воображаемого оскорбления, но по стандартам района это считалось затишьем. Вдали уже виднелся изогнутый высокой аркой мост к Берилловым воротам, однако отдельные группы эпикурейцев постепенно сливались в сплошную толпу. Впереди была какая-то помеха, которая, похоже, становилась все ближе. Там виднелся шипастый металлический хребет, возвышавшийся даже над самыми рослыми аристократами, и он уверенно прокладывал путь через толпу в направлении Ксагора.

Харбир осторожно пробрался по краю канала, старательно смешиваясь с толпой. Всякий раз, когда он наблюдал за дерущимися эпикурейцами, он с трудом удерживался от презрительной ухмылки при виде их ужимок. Сноровки у них было столько же, сколько у детишек на пятый год обучения — показуха, рубилово без малейшего намека на грацию. Он был уверен, что легко победит любого из них, и ему отчаянно хотелось попытать сил, но времени не было. Ему надо было пробраться по мосту и попасть в ворота. Небольшая подачка страже, и он узнает, прошел ли уже слуга — и если не прошел, тогда Харбиру достаточно будет проскользнуть внутрь и найти место для засады.