Гнездо Маликсиана нарушало привычное самообладание Беллатониса, когда дело касалось высоты. Разреженные облака плыли далеко внизу под узкой дорожкой, на которой он сейчас находился, высочайшие клетки Вольеров торчали словно горные пики. Мастер-гемункул сосредоточился на том, чтобы удержать равновесие, пока с орлиной клеткой в руках шел вдоль рейки. Он решительно справился с попытками фаворитов и подхалимов Маликсиана забрать у него клетку. Маликсиан получит орла из его собственных рук и ни чьих других.

Орел сильно возбудился с того момента, как они вошли в Вольеры, шипел и изгибал крылья настолько, насколько позволяло тесное пространство клетки. Были моменты, когда, казалось, существо целенаправленно пыталось сбросить Беллатониса с рейки. Гемункул не обращал внимания на попытки покушения и, наконец, добрался до открытого балкона, где архонт Маликсиан игрался с несколькими недавно вылупившимися острокрылами. При виде Беллатониса с клеткой в руках архонт Маликсиан оставил птенцов и чуть не раздавил их, торопливо направляясь к нему навстречу.

— Потрясающе, просто потрясающе, — оценивающе проворковал Маликсиан, когда орел сделал свою лучшую попытку откусить пальцы мастеру-гемункулу.

— Это было не так-то просто, мой архонт, — произнес Беллатонис, с явным облегчением освобождаясь от ноши. — Боюсь, я нажил себе врагов в своем прежнем ковене, но моя признательность за ваше покровительство не знает границ.

Маликсиан посмотрел из-за клетки взглядом, полным чистого восторга.

— Твой прежний ковен пусть идет куда подальше. Знаешь, они сообщили мне, что хотят отправить кого-то сюда приглядывать за тобой? «Ненадежный», они сказали — пускай запихнут это себе в глотку и проглотят.

Беллатонис изнуренно улыбнулся. Маликсиан определенно имел свои плюсы в качестве покровителя; привычная скрытность комморритов и вероломство, казалось, совершенно не интересовали его. Его одержимость позволяла смехотворно легко манипулировать им. Нахождение в Вольерах все же обещало быть, в самом деле, выгодным.

— Где вы будет держать своего геноорла, мой архонт? — вежливо поинтересовался Беллатонис. — Он кажется несколько маленьким для ваших просторных жилищ.

— Держать? — произнес Маликсиан, поднял клетку и нащупал защелку. У Беллатониса возникло жуткое предчувствие, когда безумный архонт открыл дверцу клетки. В мгновение ока орел вылетел наружу и устремился вдаль на золотых крыльях, которые пылали, словно солнце. Сверкающая точка быстро пропала, когда орел нырнул с гнезда Маликсиана в Вольеры внизу. Беллатонис подавил сильное желание ударить Маликсиана по голове.

Три белых призрака промчались мимо балкона в погоне за орлом, их крылья изгибались назад в идеальной клиновидной форме. Орел был быстр, но они быстрее. Через миг они пропали.

— Белые рухки, — с удовольствием произнес Маликсиан. — Невероятно трудно найти достойных соперников для их охоты. Этот орел может носиться от них час или больше. Потрясающе.

Онемевший Беллатонис мог только смотреть на безумного архонта. Что-то ему подсказывало, что это был определяющий момент в их взаимоотношениях. Мысль об этом делала покровительство Маликсиана значительно менее обнадеживающим, чем мгновение назад. Порой действительно бывает лучше держать друзей близко, а врагов — еще ближе, напомнил себе Беллатонис, да и жизненные уроки иногда достаются слишком дорогой ценой.

Энди Чамберс

Путь отступника