Читаем Путь Дзэн полностью

ума с одной стороны и его переживаний с другой — есть лишь процесс восприятия, в котором нечего захватить, ибо нет объекта, и некому захватывать, ибо нет

субъекта. Понятый таким образом процесс переживания перестает цепляться сам за

себя. Мысль следует за мыслью без разрыва, иначе говоря, не нуждаясь в том, чтобы, разделившись, стать своим собственным объектом.

Где есть объект, там возникает мысль. Значит, мысль — это одно, а объект — другое? Нет, объект и есть сама мысль. Если бы объект был чем-то отличным от

мысли — мысль имела бы два состояния. Поэтому объект сам по себе есть не что

иное как мысль. Но может ли мысль обозревать мысль? Нет, мысль не в состоянии

обозревать мысль. Как лезвие меча не может разрезать себя, как кончик пальца

не может коснуться сам себя, так мысль не может увидеть сама себя. **

Эта не-дуальность ума, который уже не обращен против самого себя, называется

самадхи. Так

___________

Маджшхима Никайя, 1.56.

*Сикхасамуччайя, 234. В [23. с.136].

93

как бесплодное “коловращение” мысли вокруг самой себя прекращается, самадхи и

есть состояние глубочайшего покоя. Но это не есть неподвижность абсолютной

бездеятельности, ибо ум возвращается к своему естественному состоянию, самадхи

сохраняется и во время “ходьбы, стояния, сидения и лежания”. Однако с древних

времен буддизм особенно культивировал практику воспоминания и медитации в

положении сидя. Множество изображений Будды показывают его медитирующим сидя, в особой позе, называемой падмасана — поза лотоса — со скрещенными ногами и

вывернутыми пятками, лежащими на бедрах.

Сидячая медитация вопреки распространенному мнению не является “духовным

упражнением”, тренировкой, преследующей какую-то скрытую цель. С точки зрения

буддизма, это просто наилучший способ “сидения”, и совершенно естественно

оставаться сидя, раз делать нечего и тебя не пожирает нервное возбуждение. Для

беспокойного западного темперамента сидячая медитация представляется

определенной дисциплинарной мерой не из приятных, потому что мы совсем не

умеем “просто сидеть” — без угрызений совести, без ощущения, что для

оправдания своего существования необходимо делать что-то более важное. Для

успокоения этой мятущейся совести приходится представлять себе сидячую

медитацию как упражнение, дисциплину, преследующую особую цель. Но с этого

самого момента она перестает быть медитацией, (дхъяной) в буддийском смысле

слова, ибо там, где есть цель, где есть стремление и достижение результатов, там нет дхъяны.

Слово дхъяна (пали — джхана) есть санскритский исток китайского слова чань и

японского дзэн., так что его совершенно необходимо осозна 94

вать для понимания Дзэн-буддизма. “Медитация” в общеупотребительном смысле

слова как “обдумывание” или “размышление” — наиболее ошибочная его

интерпретация. Но другие варианты, такие как “транс”, “погружение” — еще хуже, т. к. они наводят на мысль о гипнотическом состоянии. Лучше всего оставить

дхьяну без перевода и ввести ее в наш язык так же, как мы сделали это со

словами Нирвана и Дао*.

В буддийской терминологии слово дхъяна включает в себя значения двух слов: смрити и самадхи, и точнее всего оно переводится как состояние объединенного

однонаправленного сознания. Оно однонаправлено, во-первых, в том смысле, что

сосредоточено на настоящем, ибо для ясного сознания не существует ни прошлого, ни будущего, а только данный миг (экакшана),— то,.что западные мистики

называли “Вечное Сейчас”. Во-вторых, оно однонаправлено в том смысле, что

является состоянием сознания, где неразличимы

________

“Палийский Канон” (Виная Питика, III,3-6 и Маджхима Никайя, 1, 349-52) перечисляют восемь разновидностей джханы: четыре рупа-джханы и четыре

арупа-джханы. — стадии джханы с формой и без формы. Первые четыре постепенно

овладевают понятиями (витакка) и дискурсивным мышлением (вичара), с помощью

самадхи создавая невозмутимость (уппекха). Иными словами, ум возвращается к

своему естественному состоянию целостности и недвойственности, он перестает

цепляться за переживание с помощью символов дискурсивного мышления. Он

воспринимает мир уже без слов и без понятий. Далее располагаются четыре стадии