Читаем Путь Дзэн полностью

62

миссионерам.

Второе затруднение состоит в том, что почти невозможно выяснить, что

представлял собой первоначальный буддизм. Существуют два списка буддийских

священных текстов: палийский Канон Тхеравады, или Южной школы буддизма, которая процветает на Цейлоне, в Бирме и Таиланде, и

санскритско-тибетско-китайский Канон Махаяны, или Северной школы. Все

исследователи считают, что основные сутры (так называются священные тексты) Канона Махаяны были составлены не раньше 1-го века до нашей эры. Однако

литературная форма палийского Канона наводит на мысль, что и он не является

буквальным воспроизведением слов Гаутамы-Будды. Если признать, что характер

речи индийского учителя периода от 800 до 300 года до нашей эры отражен в

языке Упанишад, то очень уж этот стиль не похож на скучные повторы и

схоластическую манеру изложения священных текстов палийского Канона. Не

приходится сомневаться в том, что большая часть обоих буддийских Канонов есть

результат трудов пандитов Сангхи, буддийского монашеского ордена. Оба Канона

обнаруживают все признаки благоговейной переработки первоначального учения. И

в них, как на русских иконах, почти невозможно разглядеть живопись за покровом

золота и драгоценных камней.

Третья трудность заключается в том, что индийско-буддийская традиция никогда

не проявляла интереса к истории, столь характерного для

____________

См. Monier-Willams, Sanskrit-English Dictioncirij (Oxford, 1951), стр.IX

63

традиции еврейско-христианской. Поэтому не существует почти никаких указаний

на время создания того или иного буддийского текста. Задолго до того, как их

записали, сутры из поколения в поколение передавались из уст в уста, и вполне

возможно, что во время такой устной передачи ссылки на исторические события

менялись, удовлетворяя потребности момента. Более того, буддийский монах, писавший в 200 году нашей эры, мог без всяких угрызений совести приписать

Будде свои собственные слова, искренне полагая, что они являются выражением не

его личного мнения, а того сверхличного состояния просветления, которого он

достиг. Он приписывал свои слова Будде, как бы говоря от имени своего

духовного, а не материального тела.

Опасность исследовательской работы всегда заключается в том, что при узкой

специализации может оказаться, что за деревьями не видно леса. Поэтому для

того, чтобы составить представление об индийской мысли, существовавшей во

времена Будды за шесть веков до Иисуса Христа, недостаточно одного

кропотливого исследования, — каким бы необходимым оно ни было. Существует все

же достаточное количество надежных сведений, с помощью которых можно

представить себе величественный и прекрасно разработанный индуизм Упанишад, если только не изучать его, уткнувшись носом в книгу.

Основополагающей для индийской жизни и мысли с самых древних времен является

великая мифологическая тема атма-яджна (atma-yajna) — акта самопожертвования.

Этим актом Бог порождает вселенную, и этим актом человек, следуя божественному

образцу, воссоединяется с Богом. Акт, которым мир создается, и акт, которым он

завершается,— один и тот же,— это отказ от своей

64

жизни; как будто вечный космический процесс — не что иное как игра, где