Читаем Псины, псины, гуркасины (СИ) полностью

Домик, снятый Глебом, был крайним на улице. Дальше - ничего, пустота, поля-луга некошеные. Соседи прямо - и соседка справа. Пожилая семейная пара - и эта распухшая, как бочонок, тётка лет пятидесяти, Веня.

- Так "Веня" - вроде "Вениамин"? - удивился Глеб, когда знакомый знакомых знакомил его с участком, а бочкообразная соседушка бродила вдоль рабицы с каким-то чрезмерно отрешённым видом. Как будто потеряла что-то, что уж не найдёт.

- Венера она. Татарка...

- Ааа...

Огородом Веня не занималась, да его и не было, только сорняки. Даже у Глеба он был - верней, у знакомых знакомых, и что-то они там ему поручили выщипывать и выравнивать, да и сами обещали наведываться, поскольку Глеб не отличал редиску от нередиски, а ведь пытался, и искренне. Веню же, как он понял, в принципе не волновали салаты со шпинатами, что вдвойне было странно для женщины её лет, которой и заняться-то, получается, нечем. Сядет в тенёк, на пороге - и сидит. Или бродит по участку. От этих её брожений в сорняковых джунглях (кто бы мог подумать, что клевер до пояса дорастает) даже тропинки образовались. Не тропинки - трассы!

А однажды она Глеба напугала. Он даже ко вторым соседям сбегал, поговорить. На всякий, так сказать, шизофренический случай.

Дело в том, что Веня бродила с пустой коляской. Детской, видавшей виды, дребезжащей "сидячей" коляской какого-то спасательно-оранжевого цвета.

Глеб позвонил знакомым знакомых, но те были краткими ("да кто её знает"), и он отправился к соседям. К тем, что прямо.

- Ой, там такая история... - наливая гостю чай, вздохнула Софья Леонидовна. Старушка была очень интеллигентная - совсем седая, щупленькая, чего-то как будто смущающаяся. Глебу всё время казалось, что ей не хватает шали на плечах. А Сергею Петровичу, супругу её, - галифе (почему-то он ходил по дому в сапогах). - Там такая история... У Венечки пропал муж. Ну, знаете, как оно бывает... Без вести. Ну и вот результат. Болеет она. Четыре года как болеет...

- Головой?

- Да нет, ну что вы... Диабет на нервной почве. Лишний вес, ноги еле ходят... Коляску иногда вытаскивает, да. Это когда с ногами совсем плохо. Она на неё опирается... А про голову вы не слушайте, ну что вы. Это люди болтают так, с ничего...

- Ни с ничего, а с чего, - как бы нехотя вмешался Сергей Петрович. - Скормила мужа чертям. Болеет она...

Глеб опешил, ничего больше не спрашивал, но Сергей Петрович, отхлёбывая чаёк и так же, словно нехотя, сам всё рассказал.