Читаем Против лома нет приема полностью

Конечно, он сегодня и под взрыв попал, и под дождем побегал, и с бабами явно перестарался. Да еще и водочку принимал, от которой уже здорово отвык. Как-никак в прошлом его башке немало доставалось — и когда боксом занимался, и когда просто дрался, и когда на даче Мазаева на воздух взлетал, и когда зимой в подземельях у Седого подрывался. Все эти дела вроде бы спокойно проезжали мимо, но сегодня что-то сработало.

— Ты жрал-то давно? — настырно спросила Василиса.

— Не помню, — пробормотал Таран, — днем где-то…

— Тогда все ясно, — поставила диагноз универсальная банщица. — Я тебе мигом картошки жареной с тушенкой замастырю, стопарь налью — и совсем живой будешь!

— Нет, — мотнул головой Юрка. — Стопарь — это на хрен! Чай у тебя есть?

— Сделаем!

Надо сказать, что встал на ноги Таран с некоторым усилием. И то, что его буквально водит из стороны в сторону, Полина с Василисой тут же засекли. Возможно, если б они не подставили плечики и не повели Юрку под руки, как медсестры раненого бойца, Тарану пришлось бы за стенки хвататься. А так они благополучно довели его до предбанника. Здесь Василиса вручила Полине огромное махровое полотенце и велела Юрку вытирать. После чего показала шкафчик, где висят халаты, один на себя надела, замотала голову полотенцем и побежала греть картошку.

— Боже мой! Я чуть не умерла со страху! — бормотала Полина, лихорадочно орудуя полотенцем. — Ты повалился так… Ну, как неживой уже.

— Пить надо меньше… — вяло произнес Юрка всем известный универсальный совет, который применим во всех сферах жизни государства Российского.

Дальше какое-то время Таран прожил в некоем полусне, вроде бы все ощущая и чувствуя, но при этом воспринимая происходящее вокруг как бы со стороны. И то, как Полина надевала на него некий барский халат, и то, как Василиса притащила сковородку с картошкой и жареным мясом, и то, как он ел это самое жарево-жорево, и как пил какой-то фирменный Васькин чай с мятой. Наконец, как его бабы повели под ручки наверх, на второй этаж, где, оказывается, были какие-то жилые комнаты. Сами комнаты, конечно, Юрка не разглядел, потому что было темно, а Василиса свет не включала. Последнее, что запомнил Таран перед тем, как провалиться в сон, была большая, застеленная свежим бельем кровать, куда его бабы общими усилиями закатили…

Как ни странно, проснулся Юрка всего через три-четыре часа. За окном было уже светло, но пасмурная погода никуда не делась. Дождь — правда, уже без ветра — продолжал барабанить по крыше теремка.

Таран возлежал на той же самой шикарной кровати, которую запомнил напоследок перед сном. Правда, уже не один. Слева от него, у стенки, кто-то сопел, и левое бедро Юрки ощущало чью-то мягкую теплую попу. Справа, с края, тоже была попа и слышалось мерное дыхание с элементами храпа. Поскольку было достаточно светло, разобраться, где кто, удалось быстро: слева Таран разглядел каштановые кудряшки, а справа — белобрысую гривку. Когда Полина и Василиса заняли свои позиции, он попросту не помнил. Однако то, что обе прибежали спать к нему — хотя логично было предположить, будто Таран уже ни на что не пригодный человек! — жутко польстило кобелиному самолюбию Юрки.

То ли от этого самого факта — мол, ух какой я неотразимый! — то ли просто потому, что Таранов организм преодолел все последствия ночного обморока, «Змей Горыныч» напрягся и встал по стойке «смирно». Мол, чего изволите, барин, кого сперва дрючить будем? Правую или левую? Обе голенькие,. гладенькие, горяченькие, чистенькие и ароматные…

Но Таран выбрать не успел, потому что слева заворочалась Полина, очевидно, ощутив какие-то шевеления, которые Юрка произвел, пробудившись. Она повернулась на спинку и осторожно провела рукой по Юркиному животу. Разумеется, мягко потрогав пальчиками «горыныча».

— Ты не устал? — услышал Юрка тихий-претихий шепоток.

— Не-а… — столь же тихо отозвался Таран и нежно погладил Полину по грудкам, а потом — между прочим, в первый раз за все время их знакомства! ласково поцеловал в губы. При этом он, конечно, чуток скосил глаза направо

— не проснулась ли Василиса. Нет, та по-прежнему похрапывала. Юрке вовсе не хотелось, чтоб она вмешалась в это дело и опять превратила сексуальный процесс в спортивную акробатику. Ему отчего-то захотелось пообстоятельней приласкать Полинку. Все-таки его с ней много что связывает. Прошедшей зимой немало приключений пережили, теперь еще прибавилось… Конечно, она иногда бывает очень занудной, капризной, истерики закатывает и вообще товарищ не очень надежный. В разведку, конечно, как принято говорить, с такой не пойдешь. Впрочем, в разведку Таран вообще согласился бы идти только с одной бабой — с Милкой. Потому что уже хорошо знал, что она, в натуре, «королева воинов».