Читаем Против лома нет приема полностью

Конечно, вид потенциальных партнерш ласкал Юрке глаза. Василиса была немного повыше, Полина чуточку пошире в бедрах. Кожа у первой была немного подрумянена солнышком — видать, успела тут за городом немного позагорать еще в апреле, когда жарко было. И золотистые волосы к этому загару очень шли. Полина, конечно, не загорала, и кожа у нее казалась молочно-белой, чуть розоватой, а каштановые кудряшки, свившиеся после дождевого душа, создавали какой-то возбуждающий контраст с этой белизной. А глазки у обеих так и стреляли то на Юрку, то друг на друга… Что-то там в этих симпатичных головенках ворочалось, какие-то шарики-ролики крутились, то ли Тарана оценивали, то ли друг друга сравнивали по экстерьеру — фиг поймешь!

Очень некстати Таран подумал, что Полина эта самая его старше лет на пять, а Василиса — и вовсе немногим моложе Фроськи, которая Тарану чуть ли не старухой казалась. Конечно, Юрка и старше, и опытнее, и жизнь больше знает, чем большинство его сверстников. Еще в том году ширнутая Шурка — царствие ей небесное, голубушке! — которая, пожалуй, была постарше Фроськи, не сразу разобрала в темноте, что Юрка совсем пацан, и долго его считала за тридцатилетнего мужика, потому что он тогда голос сорвал и сипло басил. Все бабы, с которыми у него что-то было, кроме Надьки, конечно, были его постарше начиная с Дашки и кончая Фроськой. Так что вроде бы ничего необычного не было. И все-таки Юрке вдруг стало казаться, будто эти бабы, которые его сейчас разглядывают при свете, думают: да, мальчишка хорошенький, но уж больно сопливый! Что он вообще понимает в женском теле?! Стоит ли игра свеч?

С одной стороны. Юрка даже после стопки особо не забалдел и прекрасно понимал, что ежели между ним и хотя бы одной из этих баб чего-то произойдет, то это будет еще один довесок к общей куче прегрешений перед Надькой, совершенных за последние дни. И чувство вины перед ней и Алешечкой вырастет еще больше. С другой стороны, бес толкал в ребро и подзуживал, уверяя, что все это может получиться так клево, что Таран до старости не забудет. Тем более на халяву, тогда как другие мужики за такие удовольствия сотни долларов платят. В общем, подводя общий баланс Юркиному самочувствию, можно сказать, что ежели б ничего «такого» не состоялось, то Таран все же был бы очень расстроен и то, что он наконец-то сумел устоять перед соблазном, его бы особо не утешило.

Василиса провела их в помещение, непосредственно примыкавшее к предбаннику. Большую часть площади в нем занимал большой прямоугольный бассейн глубиной не меньше двух метров. Вода в нем, как видно, регулярно сменялась и держалась на одном уровне. Таран потрогал воду босой ногой, она показалась прохладной.

— Это чтоб окунаться после парилки, — пояснила Василиса. — Здесь у нас типа мыльная.

На оставшейся площади стояло несколько банкеток и массажных столов, на стенах висели мочалки разных типов — и натуральные, из лыка, и капроновые, под пластиковыми крышками в специальных ящичках были разложены нераспечатанные пачки мыла, начиная с советского марки «Банное» и кончая каким-нибудь «Камей-классик». В одном углу находилось несколько полок со всевозможными шампунями — Таран мысленно обозвал этот объект «Бар „Мечта алкаша“. Шайки тоже на любой вкус были — и пластмассовые, и самые обычные жестяные, и деревянные, из дубовых клепок, возможно, сооруженные по спецзаказу здешнего хозяина.

Пройдя по краю бассейна, подошли к низкой двери, обитой войлоком, а поверх него еще и дерматином, должно быть, чтоб жар не утекал. Когда Василиса эту дверь открыла, сразу почуялась разница температур, хотя в «мыльной» было далеко за двадцать градусов, и даже Юрке с Полиной, недавно пришедшим с ветра и сырости, там казалось жарковато. Но из парилки — а дверь, обитая войлоком, вела именно туда! — пахнуло, как из духовки. Влажная жара сразу заставила кожу залиться потом.

— Ой! — испуганно пробормотала Полина. — Я тут умру!

— Брось ты! — хмыкнула Васька. — Ты здоровая девка, сейчас притерпишься. Тут дед Федот, которому сто лет в обед, и то по часу сидел. И закрыла дверь.

— Кайф! — произнесла Васька, блаженно закидывая руки за голову и показывая Тарану небритые подмышки. — Ну, полезли на полок!