– При чем тут контрабанда, придурок! Я привел тебе надежного клиента. Ты не смотри, что он такой хлипкий на вид: парень только сегодня из каталажки, два года отсидел за то, что пощекотал ножиком капитана фрегата. Он хочет навести справки о своем брате.

Французский государственный служащий сделал попытку приподняться на своем ложе, дабы взглянуть на юношу.

– Не сочтите за обиду, – учтиво обратился он к молодому человеку, – у меня нет оснований сомневаться в вашей честности, но два года каторги еще не гарантия, что вы и впрямь захотите расстаться с пятью драхмами.

– Я готов расплатиться заранее. – Парень поспешно вытащил деньги.

– Что вы хотели бы узнать? – поинтересовался Фараон, ковыряя в зубах кончиком ножа.

– У меня есть основания полагать, что в прошлом году один англичанин, некий Томас Ливен, записался здесь во Французский Иностранный легион. Хотелось бы выяснить поточнее.

– Нет ничего проще: сейчас посмотрим в архиве.

Фараон не спеша опустился на колени, затем его руки и голова полностью скрылись под диваном, где и хранился «архив».

Фараон в свое время отслужил пять лет в Легионе, а после того как уволился, ему предложили ответственную должность в пирейском порту. Если кто-либо обращался во французское посольство с просьбой, принять его в Легион, добровольцу отвечали, что вербовать легионеров на территории Греции французы не имеют права, но если уж ему позарез этого хочется, он может получить подорожные и самостоятельно добраться до Джибути, где размещен Легион. Ну а до отплытия парохода о нем позаботится французский государственный служащий, под опекой которого находятся люди, попавшие в бедственное положение. Этим служащим и был Фараон.

– Томас Ливен, Томас Ливен… – Фараон водил пальцем по строчкам конторской книги. – Нашел! Смотрите! – Он с торжествующим видом показал запись. – «Томас Ливен, тридцать шесть лет от роду, отплыл в Джибути на пароходе «Констанца» два года назад, девятого февраля».

3

Молодой человек от неожиданности лишился дара речи. Ржавый задумчиво уставился в пол.

– Так и быть, докажу тебе свою дружбу, Ржавый! Безо всякой приплаты сообщу еще кое-какие сведения о об этом Томасе Ливене. Слушай. Ливен сел на пароход с неким бельгийцем по фамилии Лакруа. Через два месяца я после их отъезда я получил письмецо от Лакруа, где он просил меня уладить одно дельце с его подружкой, у которой он оставил кое-что из своего барахла. В том же письме бельгиец упоминал, что они вместе со своим попутчиком прошли в Джибути трехнедельный курс обучения, после чего их направили в Сайгон, в расположении первого батальона. Так что этот Ливен сейчас обретается в Индокитае… Ну, а теперь не мешайте мне спать! Да захлопните дверь поплотнее! – рявкнул он вслед уходящим.

Глава вторая

1

Над гаванью занимался рассвет. После дождя грязь в зловонных портовых закоулках стояла по колено. Новоявленные приятели молча брели бок о бок.

– Вот что я тебе скажу, Малец, – нарушил наконец молчание Ржавый. – Самое разлюбезное дело податься тебе домой. Если уж твой братец улепетнул в Сайгон, то его, считай, вроде как бы и нету на свете.

– А далеко он… Сайгон этот?

– Спрашиваешь, далеко ли до Индокитая? Четыре-пять недель морем, да и то если попадешь на быстроходное судно. И без визы на въезд лучше не суйся.

– Но я же еду к брату!

– Решил прямиком отправиться на тот свет?

– А хоть бы и так! Брата я все равно не брошу.

– Ну и олух ты, значит. Отродясь таких не видал! Больше я тебе, парень, не заступник и не советчик. Катись-ка ты на все четыре стороны… Кстати, подходящее судно здесь, в Пирее, отыскать не хитро.

– Как ты думаешь? – немного помолчав, спросил Ливен-младший. – Без этой дурацкой визы удастся мне в Индокитае сойти на берег?

Ржавый не сразу ответил, про себя на все корки костеря парнишку.

– Топаем к Шефу, – буркнул он наконец. – Без его подмоги тут не обойтись. Я как раз к нему направлялся. Если хочешь, валяй, присоединяйся. Доктор и Дубина наверняка тоже туда притащатся.

– А в эту пору удобно его будить? – усомнился Ливен-младший.

– Приемные часы у него с трех ночи. Смотри: вон он сидит у себя в конторе.