Читаем Пролог (Часть 1) полностью

Как ни странно, мистер Уэйкфилд нимало не удивился. Он попросил прощения, встал из-за стола, вышел в другую комнату и вскоре вернулся со средних лет джентльменом по имени Лэйв Уинстон (конечно — строгий костюм, белая рубашка, неяркий галстук, экзекьютив шуз), чиновником отдела общественных отношений. Мистер Уинстон в дальнейшем разговоре участия не принимал, а только присутствовал, поэтому я его, так сказать, опускаю.

Видимо, для того, чтобы облегчить мне понимание его жизненной позиции, мистер Уэйкфилд прежде всего решил объяснить, что же такое напалм. Рассказал, что напалм был изобретен в конце второй мировой, войны, но после этого компания «Дау кемикл» много работала над его усовершенствованием.

— Сейчас мы производим новый вид напалма, — объяснил мистер Уэйкфилд, — так называемый напалм-Б. Он содержит значительно больше полистерина, чем старый. Это улучшенный…

Тут мистер Уэйкфилд запнулся, даже поставил чашку на стол:

— Нет, не улучшенный, нет. Это неверное слово. Правильнее было бы сказать, — он шевелит пальцами, подыскивая более правильную формулировку, — ну… как это… а, эффективный, вот! Более эффективный! А не улучшенный…

— Мы, я имею в виду нашу компанию, — продолжал мистер Уэйкфилд, — давно производим полистерин. Для других целей, не для напалма. Естественно, что мы располагаем всей технологией для его производства. Поэтому вполне естественно, что правительство США предложило именно нашей компании (я имею в виду «Дау кемикл») производить напалм для войны во Вьетнаме. И мы ответили согласием, потому что мы, я имею в виду нашу компанию, всегда производим то, что нужно нашему правительству во время войны.

Лицо его было серьёзно, я бы даже сказал, несколько торжественно.

— Да, да, я знаю, — мистер Уэйкфилд с готовностью закивал головой, — я знаю, что некоторые люди, даже многие люди, проводят параллель между тем, что делали гитлеровские генералы во времена фашизма, и тем, что делаем мы.

Всё ему известно заранее.

— Но параллель эта совершенно бессмысленна. Гитлеровские генералы и солдаты, которые сжигали людей в печах, жили в тоталитарном государстве. Они действительно, если хотите, выполняли приказы.

Он сделал некоторую паузу, чтобы смысл его слов лучше дошел до меня. Затем закончил мысль:

— А мы живём в государстве демократическом. Мы имеем право выбора. Предложение правительства компании «Дау кемикл» не было приказом. Оно было именно предложением. Мы могли сказать «нет».

— Но вы сказали «да»?

— Совершенно правильно, мы сказали — «да».

— Из соображений чисто патриотических?

— Да, чисто патриотических. Вот почему бессмысленно сравнивать нас с гитлеровскими генералами. Наше решение — результат убеждения, а не приказа, признак демократии, а не тирании. Это более высокая ступень человеческих отношений…