Читаем Проект «Человек» полностью

А.М.: «Нет, в этом случае мы имеем дело с психической навязчивостью как составной частью психического обладания. То, о чем ты говоришь, происходит после какого-то контакта, который впоследствии – в зависимости от типа твоей рефлективной матрицы – тобой реализуется, активизируется. Это семантика-подкрепление твоей рефлективной матрицы и твоего поведения. То, о чем говорю я, наоборот, захватывает и не оставляет следов, это – идеальный грабитель».

Нерина: «Почему я чувствую для себя большую опасность в сыне, чем в муже?»

А.М.: «Потому что твой муж многое понял, осознав, что лучше определенным образом изменить стиль жизни и прекратить грабить твою психику, получая при этом больше удовольствия. А твой сын этого еще не понял, он знает только то, чему научился, в том числе и от отца. Но ты не должна, даже если страдаешь, возвращаться к стереотипу матери, иначе все пропало. Ты, как и всякая женщина, прежде всего, живая душа, а потом уже мать. Поэтому сначала нужно спасти твою душу, чтобы затем ты смогла стать образцом разумности жизни и для твоего сына».

Кармела: «Когда я начинаю болтать, то осознаю это, но когда я определяю типологию мужчины, зная, какой он, кто возникает в первую очередь?»

А.М.: «Сначала – твой отец, а потом все те, кто принадлежит к его типологии, потому что именно с ним ты испытала нечто вроде сублимации патологической болтливости».

К.: «Хорошо, но когда это происходит, уже поздно. Я бы хотела научиться распознавать ограбление психики и понимать, когда оно может начаться и почему происходит».

А.М.: «В основе ограбления такого типа лежат взаимоотношения между девочкой и отцом, а не матерью. Девочка научается чувству – за исключением кастрации, наследуемой от матери, – у отца, который в определенном смысле дает ей первый урок общения с противоположным полом. Следовательно, у отца это может вызвать соответствующие эротические эмоции, например, неожиданную эрекцию определенного типа. Дочь может не отдавать себе в этом отчета, но отец – никогда. Итак, когда в семье при виде девочки одиннадцати – шестнадцати лет у отца возникает эрекция как гордое пробуждение витальности, что он в этот момент делает? Он сублимирует, говорит, болтает, защищаясь таким образом и не понимая происходящего, не будучи психологом. Затем вмешиваются мать или бабушка. Мать уже почувствовала, что у достигшей соответствующей зрелости дочери возникают определенные эмоции. Когда мать прижимает дочь к груди, она испытывает приятные чувства и понимает, что то же самое ощущает и муж. В таком случае необходимо ввести определенные правила. Отец кастрирует себя, но разыгрывает при этом двойной проигрыш. Он некоторое время продолжает эти отношения, а потом прерывает их незавершенными, не проявленными, нереализованными. Поэтому женщина с детства привыкает сосредотачиваться непосредственно на внутреннем переживании, но безо всякой явной проработки. В дальнейшем при встрече с другими мужчинами она в душе знает, как следует поступать, внешне ничего не проявляя. Именно в этот момент психика познает модель контакта и поведения.

Трудно быть родителем, ибо природа видит только витальность, только то, что «для меня – это благо, удовольствие», не думая о том, что это – мой отец, моя мать, мой сын, моя дочь. Природа, инстинкт, жизнь действуют непосредственно; семья – это вопрос социальной логики.

Онтопсихологическая педагогика говорит о том, что субъект должен осознать, что он живет в обществе с определенными запретами: например, нельзя на красный свет переходить дорогу. Так я, родитель, сохраняю целостным свое сознание, потому что обладаю знанием. И наоборот, не зная, я совершаю техническую ошибку по отношению к собственной дочери.

Вторая трудность порождается тем, что женщина доверчиво переносит ту же модель поведения, которая выработалась у нее в отношениях с хорошим, добрым папочкой, на других мужчин. Всякий раз, принимая те же самые сигналы (ибо человек действует по памяти), она распахивает входную дверь в свой внутренний мир чужому мужчине точно так же, как своему отцу. Достаточно двух-трех сигналов, чтобы память вернула человека в прошлое, но потом обнаруживается, что ситуация уже другая.

Единственная защита для женщины, которую ей следует непрестанно в себе вырабатывать, – это никогда не забывать о самой себе, постоянно синхронизируя собственное сознание с фактом существования «здесь и сейчас».

В каждой ситуации, при каждом контакте (с матерью, отцом, дедушкой, бабушкой, братом, дядей, священником, коллегой или работодателем, мужем, сыном, дочерью, любовником, другом, подругой, врагом, недоброжелателем и т.д.) нужно как бы знакомиться с человеком всегда заново, всякий раз проверяя его, поскольку никогда нельзя быть абсолютно уверенным в ком-то или в чем-то.