Пара человек в недалеком прошлом разгадала замысел комедии планетарного масштаба. Но они были обыграны нами благодаря тому, что нам удалось столкнуть этих титанов лбами. И все, что осталось после них человечеству, – это десятки миллионов загубленных жизней и имена, повергнутые в вечное проклятие. Но как они тонко чувствовали игру! И совершенно правильно увидели скрытые от глаз не только обывателей, но и светлейших умов силы, ведущие ключевую игру на этой планете; немногие, кто понял, как мало стоит так называемый научно-технический прогресс по сравнению с тем, чего стоит рост человеческого самосознания. Как сейчас помню замечательные слова одного из них: «Я не измеряю успешность нашей работы по возникновению новых улиц. Я не измеряю ее по новым фабрикам и новым мостам, которые мы строим, а также по дивизиям, которые мы можем мобилизовать. Напротив, в центре суждения об успешности этой работы стоит ребенок, стоит наша молодежь. Только тогда, когда созданы условия для их роста и развития, я могу быть твердо уверен в том, что мой народ не исчезнет, а значит, и наша работа окажется не напрасной».

Когда он это говорил, у меня мурашки бегали по энергетическому полю. Я наконец-то увидел настоящего противника. Умного. Сильного. Решительного. Я знал, что ему не суждено было выиграть у нас сейчас, потому что идет время, отданное нам Хранителем. Но какова была красота игры! Как решительно этот простой смертный захотел перевернуть все устройство мира! Мы смогли провести блистательную операцию и столкнуть его с достойным противником – Россией. Объединение их сил могло бы надолго остановить процессы, успешно запущенные нами. Но история не терпит сослагательного наклонения.

– Мой дед воевал. Я попросил бы…

– И каждый мужчина, когда воюет его народ, – продолжал контактер. – Но вами всего лишь манипулировали. Вы сейчас – колосс на глиняных ногах, потому что нам удалось подрубить ваши корни, в которых вся ваша сила. Нам удалось уничтожить веру в силу вашего рода. Вы перестали получать знания и опыт, накопленные тысячелетиями вашим народом. Вы забыли о своей культуре и традициях. Вы перестали почитать свой род и своих пращуров. Вы уже давно не знаете о том, что ваши предки, находясь в мире Нави, помогают вам. И, когда род вместе, сила его умножается. Сила каждого в единстве с судьбой своего рода и народа. Но вы сейчас об этом не знаете. Хотя в вас, ариях, и течет кровь богов, но вы потеряли с ними связь, связь со своими корнями. И вам противостоит безжалостный легион. В нем нет любви, которая дана ариям от богов, а есть одна лишь жестокость и сила. Поэтому Жатва неминуема, и колосьев будет собрано много.

– Почему ты мне это говоришь? Не лучше было бы не раскрывать карт?

– Я говорю тебе именно для того, чтобы ты понял бессмысленность своих усилий. Во-первых, Бог не меняет того, что происходит с людьми, пока люди сами не переменят того, что есть в них. Во-вторых, средства массовой информации подчинены нам. Как ты достучишься до них? У всех в уме стоят вопросы личного экономического процветания. Они вспоминают о Боге, только тогда, когда, как вы любите говорить, петух жареный в задницу клюнет, да и то каждый своего, который в лучшем случае является одной из ипостасей Хранителя.

Желаю тебе, юноша, взвешенных решений, – сказал Черный плащ и растворился в тягучем тумане астрала.

Глава 23. Противостояние

– Чем бы ни закончилась эта история, – ответил Дмитрий, после того как Максим завершил столь драматичное повествование, – мою жизнь в любом случае уже нельзя будет назвать скучной и неинтересной.

– Хотелось бы, чтобы она была еще осмысленной и кем-то востребованной, – резонно вставил Максим. – Что делать-то будем, дружище? Похоже, нас предупредили в последний раз.

– Если мы отступим сейчас, боюсь, что всю жизнь жалеть будем. Не отступим – нечем жалеть будет, потому что голову снесут.

– Я не боюсь проиграть. Без поражений нет побед, – как заклинание произнес Максим.

– Не боишься потому, что никогда не терял. Когда ты потеряешь очень много, то жизнь твоя потеряет всякий смысл, – взвешенно и очень спокойно ответил Дима. – Покури лучше, не митингуй.

Друзья сидели молча, глядя сквозь прозрачное небо на вечные звезды. Дима, как воробей, замерзающий на морозе, закутался в теплую куртку и потягивал очередную сигарету, густо выпуская дым над керосиновой лампой. Могло показаться, что молодые люди просто скучают, одолеваемые бессонницей. Но угадываемое сильное внутреннее напряжение не позволяло допустить этой мысли.

– Попробую уснуть, – сказал Максим, тяжело поднимаясь с шезлонга. – Утро вечера мудренее. Как я вижу, однозначного решения пока нет.

– Спокойной ночи, – буркнул в ответ Дима, не поднимая головы.