– Нет, – неестественно спокойным тоном откликнулась Бри. – Никаких привидений. Мы просто ещё не отошли от случившегося. Вот и всё. – Она отпустила руку Нила и шагнула назад к двери. – Думаю, тёти уже вернулись домой. Можно воспользоваться вашим телефоном?

– Конечно, – озадаченно ответил Энди и указал на банкетку для пианино, на котором стоял телефон.

Взгляд Нила упал на стопку нот и название верхних – «Superstition» Стиви Уандера, – и он сжал кулаки, подавляя дрожь. Энди сместился, оказавшись между ними и дверью.

– Анна наверняка места себе не находит от беспокойства. – Привалившись к стене, он выжидающе на них посмотрел.

Нил заметил над его плечом документ в рамке – благодарственное письмо от местного клуба «Киванис». В центре большими буквами стояло имя:

Кёртейн? У Элис… мамы Ребекки, была такая же фамилия!

«Но как? – заклубились в голове Нила панические мысли. – Мы же видели призрак её убийцы у дома тёть!»

От Энди не укрылась его реакция, и он повернул голову, проверяя, куда Нил смотрит. Обеспокоенное выражение на лице мужчины сменилось какой-то странной смесью радости и грусти, какое бывает у человека, настроившегося на тяжёлый, но неизбежный разговор.

Недолго помолчав, он заговорил:

– Ребекка была мне не родной. – Бри выронила телефонную трубку и развернулась. – Но её мать была моей женой. Наши отношения были… сложными, но со временем она начала считать меня отцом.

Отцом…

Пальцы Энди скользнули по каминным инструментам: щетка, лопатка, щипцы. Но сомкнулись они на ручке длинной кочерги с загнутым концом.

– К сожалению, это продлилось недолго, – сказал он и, громко топоча тяжёлыми ботинками по деревянному полу, быстро пошёл на Нила и Бри.

Глава 55

Перед внутренним взором Нила замелькали образы.

…Энди стоит рядом с камином и кричит на свою жену, Элис Кёртейн, мать Ребекки. Сама Ребекка скукожилась от страха в дверном проёме у него за спиной.

Элис лежит на полу, её волосы слиплись от крови. Падая, она ударилась головой о металлическую подставку, и белые поленья теперь забрызганы кровью.

– Мама! – кричит Ребекка.

Энди, с трудом стоя на ногах, поворачивает голову на звук. Он пьян.

– Это случайность, – с круглыми от шока глазами говорит он. В его голосе ясно слышится сожаление.

– Ты её толкнул! – Ребекка бросается к матери и кладёт её голову себе на колени. – Мама, очнись! – умоляет она. – Пожалуйста! Очнись!

Энди хватает Ребекку за предплечье, больно впиваясь пальцами в кожу. Она поднимает на него глаза, полные ненависти и страха, но умолкает.

Когда Энди снова открывает рот, его голос подобен глухому рыку:

– Она поскользнулась.

Нил догадался, что они попали в очередное видение, сотканное из воспоминаний Ребекки.

Она подбрасывала им эти картинки – рога, банкетка, берёзовые поленья, – потому что хотела привести их в эту комнату. Из-за грозы здесь было полно энергии, и с её помощью Ребекка показывала остаток своей истории. Точно так же она поглотила всё электричество в доме тётушек, чтобы явить им с Бри того, кто гнался за ней по зарослям тростника у озера Грейлок. Они видели не привидение её отца, а последние моменты её жизни на земле. Она пыталась дать им понять, кто он такой.

Видение продолжилось…

Энди кладёт тело Элис на обочину и звонит в полицию, говорит, что её сбила машина и водитель скрылся…

Энди приходит в комнату Ребекки поздно ночью. «Обещай, что никому не скажешь…»

Ребекка смотрит на него круглыми от страха глазами и молчит, словно одного этого достаточно, чтобы его успокоить…

– Кто ещё об этом знает? – Энди остановился перед ними, держа кочергу на манер полицейской дубинки. – Вы упоминали Эрика и Уизли. Что насчёт Анны и Клэр?

– Никто ничего не знает, – выпалила Бри, пятясь к дивану.

Энди наклонил голову.

– Как вы себе это представляли? Что вы начнёте совать нос, куда не просят, раскопаете правду о Ребекке и всё будет в шоколаде? Вернётесь к себе в Нью-Джерси, будто ничего и не было? – ядовито процедил он. – Действительно, какая разница, что станет с жителями Хедстона, они уже один раз пережили весь этот беспредел, ну перевернутся их жизни с ног на голову снова – подумаешь! Так?

– И что нам было делать, закрыть на всё глаза? – не выдержал Нил.

– Почему бы и нет? Все именно так и делают. – Глаза Энди вспыхнули яростью. Но уже в следующую секунду, к удивлению Нила, взял себя в руки и вздохнул. – Ничего этого не должно было случиться. – Нил про себя согласился. Энди продолжил голосом, полным сожаления: – Ребекка была трудным подростком. Мало кто знал, как нам было с ней тяжело. Но я всё равно её любил. Вы не представляете, на что она была способна. Как она манипулировала людьми. Когда я нашёл это посвящение в школьном альбоме, у меня едва сердце не остановилось. Она практически умоляла врачей запереть её в той больнице, хотя я этого не понимаю, хоть убейте. Какой безумец этого захочет? Возможно, врачи были правы. Она была серьёзно больна.

– Думаете, Ребекка всё выдумала? – подала голос Бри.