Читаем Призрак в Монте-Карло полностью

Но Стелла опять с головой погрузилась в свой роман. Крисси бросилась к ней и вырвала книгу.

— Слушай меня!

— Не сердись, Крисси! Я же сказала, что сделаю все, что смогу!

— Того, что ты сможешь, недостаточно, — злобно ответила Крисси. — Говорю тебе, я кое-что придумала! Ты помнишь ту девушку, о которой говорит весь город, ну ту, с серым жемчугом?

— Ты имеешь в виду Призрака?

— Да, ее! Франсуа сказал мне, что все только о ней и говорят.

— Ничего удивительного, — заметила Стелла. — Она потрясающе красива и очень отличается от других женщин. Конечно, большую роль в этом играют ее серые туалеты, но дело не только в этом. В ее лице есть нечто такое… мне трудно объяснить.

— А у нее действительно такой изумительный жемчуг, как утверждает Франсуа?

— Не знаю, — ответила Стелла. — Ее ожерелье такое блеклое и скучное по сравнению с бриллиантами. Но раджа говорит, что он никогда в жизни ничего подобного не видел. Я ему сказала, что его жемчуг гораздо красивее.

— С тебя станется, — насмешливо заметила Крисси.

— Что же в этом плохого? — удивилась Стелла. — Он был счастлив до безумия, что мне хоть что-то в нем понравилось.

— Те украшения, которые он носит, являются собственностью его страны, — сказала Крисси. — Тебе не хуже меня известно, что он не может их никому отдать. Но почему бы ему не купить что-нибудь для тебя, почему бы ему не купить жемчуг, принадлежащий этому Призраку?

— Купить у нее жемчуг для меня? — переспросила Стелла. — Но я не люблю жемчуг. К тому же я сомневаюсь, что она согласится продать его.

— Стелла! Стелла! Ты что, хочешь свести меня с ума? — в бешенстве закричала Крисси. У нее был такой разгневанный вид, что Стелла в испуге уставилась на нее. — Как ты не понимаешь! Если раджа подарит тебе действительно ценную вещь, нам будет обеспечено безбедное существование. Франсуа говорит, что этот жемчуг стоит целое состояние.

— Франсуа все известно!

— Попроси раджу преподнести тебе этот жемчуг в качестве подарка. И не имеет значения, ты, тупица, нравится тебе этот жемчуг или нет. Ты не будешь его носить, во всяком случае, после того, как мы уедем отсюда, но когда мы продадим его, мы обеспечим себя деньгами до конца дней.

— А если он откажет? — предположила Стелла.

— Ты думаешь, это возможно? — насмешливо спросила Крисси. — Он влюблен в тебя, и ему хочется покрасоваться перед тобой. Испытай его, заключи с ним пари, что у него не хватит денег купить этот ожерелье, а если и хватит, то ему не удастся заполучить его. Это единственный способ заинтересовать его. Как только у нас в руках окажется этот жемчуг, нам будет совершенно безразлично, как скоро он найдет тебе замену.

Стелла тихо вздохнула.

— Я понимаю, что ты имеешь в виду, Крисси, — проговорила она, — но так трудно… я хочу сказать, просить кого-то о столь дорогом подарке. Не могла бы ты сделать это за меня, а? Ну скажи ему, что это подарок мне на день рождения или на какой-то другой праздник.

— Думаю, как только он взглянет в мои прекрасные синие глаза, он сразу же преподнесет мне это ожерелье! — саркастически заметила Крисси. — Не будь дурой, Стелла. Тебе надо выбрать подходящий момент для такой просьбы. Пошевели мозгами хоть раз в жизни — ах, я и забыла, что Создатель лишил тебя мозгов. Этот жемчуг значит для нас все. Дай мне слово, что сделаешь все возможное.

— Я постараюсь, Крисси, — покорно проговорила Стелла. — А что еще рассказывал Франсуа про ту девушку?

— Он сказал, что весь город только о ней и говорит, и все пытаются выяснить, кто она такая. Но вторая женщина, которая называет себя ее теткой, оказалась страшно хитрой, поэтому никто не имеет ни малейшего представления, кто они такие и откуда приехали. Даже Альфонс из «Отеля де Пари» ничего не знает — Франсуа говорит, что такого с ним еще не случалось.

— Она красивая, — заметила Стелла.

Крисси бросила на нее быстрый взгляд.

— Теперь ты начнешь думать, что она слишком хороша для тебя и что ты не достойна владеть принадлежащей ей вещью, — сказала она. — Я знаю, что у тебя на уме: не успеем мы оглянуться, как станем сочувствовать ей и говорить, что ожерелье должно остаться у нее, так как второго такого у нее нет.

Стелла засмеялась.

— Ты очень плохо обо мне думаешь, Крисси.

— Это первое твое разумное высказывание за долгое время, — ответила Крисси и вышла из комнаты, громко хлопнув дверью.

Стелла закинула руки за голову, ей стало жаль, что Крисси так из-за всего нервничает. Она всегда была такой. Возможно, причина в том, что у нее было несчастливое детство. Стелла помнила, что жестоки были отец и мать по отношению к своей старшей дочери. Красивые и стройные, они были очень известными в своей среде акробатами.