Читаем Принцесса Дальгарды (СИ) полностью

- А мое мнение для тебя ничего не значит? - снова вскипела Джанара.

- Джанара! - осадил он ее.

Брови его резко сошлись на переносице, взгляд стал острым - как всегда, когда он был чем-то очень недоволен. Джанара испуганно притихла, смотря на отца во все глаза. Ну вот, опять ее вспыльчивость вырвалась из-под контроля!

- С завтрашнего дня, - он встал и принялся мерить шагами будуар, - ты начинаешь обучение. А в семнадцать выходишь замуж за человека, которого подыщу для тебя я. Пререкаться не нужно, все равно тебя не послушаю. И постарайся хоть иногда сдерживать себя и не давать волю своим чувствам. Я знаю твой характер, но импульсивность не пойдет на пользу будущей правительнице. Ты должна быть сдержанной и уметь мыслить холодно и трезво в любой ситуации.

Джанара молчала. Ей стало стыдно за свой выпад, но попросить прощения у отца ей мешала гордость. Вспылила-то она по делу! Вместо извинений она вскочила и кинулась к кофейному столику.

- Отец, я не хочу спорить. Давай лучше выпьем кофе и насладимся фруктами. Мы так редко делаем это вместе!

Сейлин остановился.

- Прости, дочь, но у меня совсем нет времени. Возможно, после...

И снова обида, разочарование, гнев захлестнули ее. Он не только решает ее судьбу без нее, он еще и оставил ее без своего присутствия. Все свое детство Джанара, лишенная материнской ласки и тепла, лишенная отцовского внимания, провела с нянями и наставницами, и даже теперь, когда она почти стала взрослой, отец не уделял ей внимания. Он почти никогда не уделял его ей.

"А может, он просто меня не любит? - ехидно, но горько шепнула обида. - Может, видит во мне только продолжательницу рода? А не дочь?" Джанара скрестила руки на груди и села на пол. Сейлин коротко улыбнулся ей ничего не значащей улыбкой и вышел. Джанара опять осталась одна. Точнее, наедине с новостями, которые он ей принес, и со своими горькими мыслями.

Очень хотелось пожаловаться, но кому? Фрейлины и так ей завидуют, а Шекил так далеко, и не известно, увидятся ли они когда-нибудь еще. Нет, конечно, увидятся... Ах, поскорей бы! Он бы ее понял, он умный, добрый! Правда, нельзя ему говорить о том, что она принцесса, но ведь и обычную девушку отец может выдать замуж против ее воли.

Джанара ударила кулачком по подушке, что лежала у нее на коленях. Наперник лопнул, и в воздух взвилось облачко пуха. Он был невесомый, в лучах солнца отливал золотом и легкой изумрудной зеленью. Уж не клора ли этот пух?.. Некоторое время Джанара просто смотрела, как он кружится в воздухе, а в голове одна за одной мелькали мысли.

Возможно - о, боги, сделайте так, чтобы это было возможно! - если она сможет привести во дворец Шекила и представить его двору, то отец, быть может, изменит свое решение. Нет, не то, чтобы ей хотелось замуж именно за Шекила, просто он был единственным мужчиной, которого она хоть как-то знала и с которым разговаривала дольше одной минуты.

Пушинка попала ей в нос, и она чихнула, вернувшись к действительности. Что ж, как-нибудь она все это провернет, не то не будь она Джанарой, принцессой Дальгарды!

Вечер тянулся немыслимо долго. Джанара, отослав всех прочь, сидела у окна. Этой ночью она снова сбежит из дворца - это решено. Одежда все так же спрятана в дупле поваленного дерева, а без Дальфии, этой трусихи - Джанара поморщилась - побег удастся гораздо проще. Но единственное на сегодня солнце, Энра, продолжало лениво плавить песчаные дюны и никак не желало опускаться за горизонт.

Сбежать ночью не получилось. Джанара так и уснула, сидя у окна. Ее длинные смоляные волосы свесились с подоконника, и ветер мягко перебирал их, словно любуясь ими в свете Цебы.

Это была ее последняя по-детски беззаботная ночь. Следующим утром отец передал ей приказ облачиться в официальные одежды и явиться в Зал Советов. Отныне ей предстояло присутствовать на каждом заседании, а в будущем еще и руководить ими, ибо король решил, что ее муж станет лишь консортом, а не единовластным правителем. Царствовать же Джанара будет сама, а после передаст власть своему сыну, которого ее обязуют - обязуют! надо же! - родить.

Со временем она начала понимать, какая это огромная ответственность - управлять городом. Дальгарда была огромна, ее населяло сто семьдесят две тысячи жителей, и жизнь каждого из них принадлежала ей, Джанаре. Казнить и миловать - в будущем ее право, ее обязанность. И ошибки здесь недопустимы. Где взять ей столько мудрости, столько ума, чтобы принимать верные решения?