Читаем Принц Галлии (др. вар.) полностью

— Бей! — вскричал он тоном христианского мученика периода гонений. Бей же! Бей меня!

— Вот… сейчас… сию минуту…

— Ну, давай! — Филипп добродушно улыбнулся, поняв, что она не ударит его. — В Андалусии мавританские сводники предлагали нам девочек с кнутами, но, признаться, мне так и не довелось испытать на собственной шкуре всю прелесть этого пикантного развлечения.

Бланка в отчаянии швырнула кнут наземь и всхлипнула.

— Не могу… не могу…

— И не надо, — Филипп подступил к ней вплотную и обнял ее за стан, девочка ты моя без кнута.

— Филипп, — томно прошептала Бланка, положив ему руки на плечи. Прошу, оставь меня.

Он нежно поцеловал ее в губы, и она ответила на его поцелуй.

— Но ведь чулки…

— С… с чулками я разберусь сама. Оставь меня пожалуйста… Уйди… Уходи же скорее!..

— Понятненько! — выдохнул Филипп. — Выходит, Маргарита обманула меня. Тебе нужно было просто…

— Нет, нет! — быстро перебила его Бланка; к лицу ее прихлынула кровь. — Вовсе не это… ты ошибаешься…

Филипп прижался щекой к ее пылающей щеке.

— Не будь такой стыдливой, милочка, — прошептал он ей на ушко. — Ну, что ты в самом деле?! Ты как… как не знаю кто…

— Прекрати! — простонала Бланка, готовая разрыдаться — Ты ошибаешься! Просто… У меня… просто…

— У тебя месячные? — «помог» ей Филипп.

— Да нет же, нет! Такое еще… У меня…

— Ну, что, что же у тебя не в порядке?!

— Подвязки! — яростно воскликнула Бланка, отстранясь от него и в неистовстве тряся его за плечи. — Подвязки! Вот что у меня не в порядке! Коломба чересчур сильно стянула их, и теперь мне больно. Мне ОЧЕНЬ больно… Прошу тебя, уходи. Уходи, оставь меня! Сейчас же!

— Нет, — упрямо покачал головой Филипп. — Никуда я не уйду. Я не оставлю тебя на произвол судьбы и сам разберусь с твоими подвязками.

Он снова привлек ее к себе.

— Филипп! — стало запротестовала Бланка. — Не надо…

Он запечатал ее рот поцелуем.

— Надо, милочка.

— Не…

— Надо! — опять поцелуй.

— Ну прошу тебя… — прошептала она из последних сил.

На сей раз Филипп крепко поцеловал ее.

— Ты ведь хочешь этого, правда? Хочешь, чтобы я помог тебе? Да? Отвечай!

Бланка зажмурила глаза и слабо кивнула.

— Вот то-то! — Филипп опустился перед ней на колени и подобрал ее юбки. — Да уж, — с вожделением облизнувшись, констатировал он, — твоя Коломба явно перестаралась. Однако нерадивая у тебя горничная! Прямо как Марио д'Обиак, один из моих пажей; он бы с ней здорово спелся, жаль только, что она старше его… Ах, ладно, что-то я уже понес околесицу. Займемся делом. Ну-ка, придержи свои юбки, милочка.

— Даже так! — возмутилась пристыженная Бланка. — Я еще должна их держать, пока ты… ты…

— У меня всего две руки, дорогуша, — спокойно заметил Филипп. — И если ты откажешься помочь, мне не останется ничего другого, кроме как нырнуть тебе под юбки. Я, разумеется, только и мечтаю об этом, и тем не менее… Так ты придержишь или как?

С тяжелым вздохом Бланка все же повиновалась. А когда Филипп снял с ее ног подвязки и откатил книзу чулки, она не удержалась и облегченно вздохнула.

— Та-ак, одно дело сделано. А теперь мы помассируем твои онемевшие ножки, — и Филипп поглубже запустил обе руки ей под юбки.

Бланка испуганно ойкнула и затрепетала в сладостном возбуждении.

— Что ты делаешь, Филипп?!

— Массирую твои ноги, — ответил он, постанывая от удовольствия.

— Это… это уже не ноги, Филипп… Разве ты не видишь?..

— То-то и оно, что не вижу. Приподними-ка свои юбчонки, чтобы я видел… Вот так… Еще чуть-чуть… еще… и чуток еще… И еще самую малость… Ну же!

— Негодяй! — всхлипнула Бланка и до конца задрала юбки. — Вот, получай! Подавись, чудовище!

Она вся пылала от стыда и в то же время испытывала какое-то мучительное наслаждение, демонстрируя перед Филиппом свою наготу.

Филипп облизнул свои враз пересохшие губы и принялся нежно массировать… нет, ласкать ее стройные ножки, забираясь все выше и выше.

— Филипп… что… о-ох!.. Что ты делаешь?.. Прекрати…

— Но ведь тебе это нравится. Тебе это приятно, правда? Тебе очень приятно, ведь так? Ну, признавайся!

Вместо ответа Бланка истошно застонала и пошатнулась, теряя равновесие.

Филипп быстро встал с колен. Обхватив одной рукой ее талию, он прижал Бланку к себе и провел ладонью по ее шелковистым каштановым волосам.

— Ты так прекрасна, милочка! Ты вся прекрасна — с ног до головы. И люблю тебя всю. Всю, всю, всю!..

Бланка еще крепче прижалась к Филиппу и подняла к нему лицо. Ее губы невольно потянулись к его губам.

— Сейчас я сойду с ума, — в отчаянии прошептала она. — Ты меня соблазняешь…

Филипп легонько коснулся языком ее губ, затем поцеловал ее носик.

— Признайся, милочка, ты любишь меня? Ну, скажи, скажи, что хочешь меня.

Бланка запрокинула голову и устремила свой взгляд вверх.

— Да! — вскричала она, будто взывая к небесам. — Да, чудовище, я хочу тебя! Ты даже не представляешь себе, КАК я тебя хочу!

Филипп весь просиял.

— Бланка, ты потрясная девчонка! — с воодушевлением сообщил он и повалил ее на траву.

— Филипп! — пролепетала она, извиваясь. — Что ты делаешь?..