Читаем Принять подачу полностью

А. Ну да. Кивнув, я следую за Дэймоном к бару.

— Ты в порядке? — спрашивает он, пока мы ждем своей очереди.

Я застываю.

— Что...? — кажется, сейчас это все, что я могу выдать вместо нормальных слов.

— Где ты витаешь сегодня? Вроде стоишь рядом, но на самом деле тебя словно здесь и нет.

— Я в порядке. Отвлекся немного. Как ваш круиз? — Я чуть не давлюсь собственными словами и молча молюсь, чтобы Дэймон не заговорил о Ноа и Мэтте. Предпочитаю размышления о более серьезных и запутанных вещах.

Дэймон с ухмылкой оборачивается и смотрит на своего бойфренда.

— Лучше не бывает.

— То есть у вас с Мэддоксом все серьезно? Уже съехались?

— Ага. Серьезно. Если он выдержит год со мной под одной крышей, мы купим новый дом.

— Ух ты. Это не просто серьезно, это «серьезно» а-ля Ребекка и Скайлар. Типа клятвы, колечки, «лямур тужур» и прочая хрень?

Дэймон качает головой:

— Мэддокс не хочет брака, но меня устраивает то, что есть. Мы и так вместе на всю жизнь.

— Каково это? — Мне требуется секунда, чтобы понять, что я задал вопрос вслух.

— Что именно?

— Быть с кем-то, и знать, что это навсегда?

— Потрясающе.

Грудь сжимается от внезапной боли, и мне это не нравится. Может, это и есть тоска? Я вновь проигрываю в памяти разговор с Уайетом в ночь, когда мы переспали, и чем дольше об этом думаю, тем больше понимаю, что он прав.

Я был зациклен на Ноа. На отношениях, которые могли у нас быть. Мне хочется, чтобы в моей жизни кто-то был. Кто-то особенный, важный. Тот факт, что Ноа настолько быстро нашел такого человека, заставляет меня задуматься, может дело во мне? Может, именно я не гожусь для отношений?

Когда мы, наконец, получаем свои напитки и возвращаемся к столику, Уайет снова мне улыбается дерзкой, многозначительной улыбкой, говорящей: «Мы определенно видели друг друга голыми».

Что я совсем не против повторить. И если блуждающий по мне взгляд Уайета о чем-то говорит, то он этого хочет не меньше.

Но если это произойдет, понятия не имею, что будет для нас значить.

Мы сошлись на том, что одна ночь — мудрое решение, чтобы не баламутить воду.

Блядь, я хочу с ним забаламутить.

Но тут моя последняя «муть» входит в бар под руку со своей новой «ошибкой».

Уайет хмурится, заметив мое вытянувшееся лицо. При виде причины, его губы сжимаются в тонкую линию.

Ноа стоит там, весь такой высокий и самодовольный, как обычно, только сейчас он разговаривает с великаном с густой бородой и телом гребаного бога. Окей, да, признаю: его футболист адски горяч.

Боже, почему я так глупо себя чувствую? Всего лишь двадцать секунд назад я пускал слюни на Уайета, а сейчас бешусь из-за того, что Ноа притащил с собой своего спортсмена.

Последний раз я чувствовал       себя таким сконфуженным лет в четырнадцать, когда смотрел свое первое порно и удивлялся, почему завожусь и от парня и от девчонки.

Ноа и его бойфренд устраиваются за столиком, а я еще больше теряюсь. Разговоры вокруг доходят до меня будто сквозь толщу воды. Дэймон назвал меня у бара странным, но это не идет ни в какое сравнение с тем, что я чувствую сейчас.

Уайет следует за Ноа к бару, оставив меня одного с... ну, технически со мной Скайлар с Ребеккой и Дэймон с Мэддоксом, но всего через несколько стульев от меня сидит сам мистер Совершенство.

Не могу перестать коситься на него. Хочу понять, что такого есть у него, чего нет у меня.

Может многомиллионная зарплата?

Угх... Ну да. Конечно.

Не то, чтобы Ноа нуждался в деньгах. Он у нас мульти-пульти-тути-фрути-миллиардер. Его денежки сидят на денежках и деньжатами погоняют.

Я просто понять не могу, как этот новый парень вдруг смог поменять все устои и привычки Ноа. И вновь возникает вопрос: почему я недостаточно хорош.

Довольно скользкая дорожка, на самом деле. Не стоит по ней идти.

— Ребята, я... — я качаю головой. — Ага, я домой. Что-то выпивка сегодня не пошла.

— Арон, — с сочувствием в глазах говорит Скайлар.

— Все нормально. — Я пытаюсь ее убедить, но, кажется, не очень успешно.

Когда я подхожу к Ноа и Уайету, мои ладони потеют, но не уверен, который из них двоих является причиной.

— Я пошел.

Я смотрю на Ноа, в ожидании, что он скажет что-нибудь, хоть как-то отреагирует, но понимаю, что зря трачу энергию. Это же Ноа. Он просто такой, какой есть. Мне это было известно с самого начала, и все же вот он я, стою здесь с жалкой надеждой, что он одумается и перестанет быть таким мудаком — даст хоть какие-то объяснения и извиниться. Скажет хоть что-нибудь.

Не то, чтобы это что-то изменило.

Когда до меня доходит, что ждать бессмысленно, и что даже если он что-то и произнесет, разницы никакой не будет, ноги сами несут меня к выходу, с такой скоростью, что я, запыхавшись, прихожу в себя только через несколько кварталов.

Вскоре до меня доносится топот бегущих ног и тяжелое дыхание. Я знаю, что это не Ноа, и впервые с тех пор, как мы расстались, мне и не хочется, чтобы это был он. Есть лишь один человек, которого я хотел бы сейчас видеть, и, конечно же, когда Уайет появляется рядом, не могу сдержать широкую улыбку.