Читаем Примерный сын (ЛП) полностью

Аромат кофе, сваренного Кориной, был восхитительным, температура молока — тоже, и пропорции кофе и молока были подходящими, а этого добиться труднее всего. Когда подростки ушли, Корина принесла мне чашку кофе и тарелку, на которой лежал кусок торта.

— Что это? — удивленно спросил я.

— Это тебе. У меня сегодня день рождения.

Торт был не покупной, а домашний. Многочисленные слои бисквита перемежались с шоколадным кремом, и сверху торт был украшен белой приторно-сладкой глазурью. Я не такой уж сладкоежка, и знаю, что сахар в избытке — просто яд, и тем не менее, я плотоядно облизнулся, чтобы не разочаровать Корину. Я отлично понимал, что она хотела произвести на меня какое-то впечатление, составив свое мнение обо мне.

— С днем рождения, Корина! Я желаю тебе долгих лет жизни!

Она отмахнулась и улыбнулась мне. Уголок ее губ был измазан кремом — Корина тоже ела торт.

— Нравится?

— Не то слово, еще как нравится! Объедение! — с наигранным воодушевлением воскликнул я, хотя, на мой взгляд, как я уже говорил, торт был уж очень сладким.

Судя по размеру куска, который положила мне Корина, весь торт должен был быть необъятным. Я поинтересовался, сама ли она его пекла, и где нашла такую большую духовку для готовки.

— Торт домашний, так ведь?

— Конечно. В Румынии мы всё готовим дома.

— А почему ты мне ничего не сказала? Я дал бы тебе выходной.

— А-а, работа есть работа. Какая разница, день рождения это или обычный день?

— Разница есть.

— Верно, лучше уж обычный день, ведь я уже старуха. — Корина сказала это с лукавой улыбкой,

искоса поглядывая на меня.

— Старуха? Да что за чушь ты несешь?! — Мы никогда не разговаривали с ней в таком фривольном, задушевном тоне. Как я говорил, у нас, скорее, случались ситуации, когда я старался скрыть свое напряжение и сдержать чувства перед ее крайним упрямством. Однако всем мужчинам на свете известно, что когда женщина называет себя старухой, нужно тут же выразить удивление и всеми силами разубеждать ее в этом, а поскольку я всю жизнь жил с двумя женщинами, матерью и сестрой, я знаю об этом не понаслышке. Из этого правила нет исключения.

— Ты же знаешь, сколько мне лет, — с уверенностью сказала она.

— Понятия не имею.

— Ты видел мой возраст в паспорте, когда просматривал бумаги для нашего договора.

— Я не обратил на это внимания.

— Правда?

— Совершенно точно!

— Мне уже тридцать семь.

— Надо же, какое совпадение! Мне тоже тридцать семь.

— И у тебя тоже сегодня день рождения? — теперь уже она, я уверен, смотрела на меня с искренним удивлением.

— Нет-нет, что ты. Я имел в виду, что мы родились в один год. Вот тебе и совпадение. — Корина ничего не ответила. Мне показалось, что я ляпнул что-то не то, и попытался исправить ошибку.

— Знаешь, а ты выглядишь гораздо моложе.

— Ты, правда, так считаешь?

— Конечно, это все подтвердят.

Не думаю, чтобы кто-нибудь это сказал, Корина выглядела в точности на свои годы, ни больше, ни меньше, но я давно понимаю, что от меня ожидают, вот и соврал, сказав то, что было нужно. Нет никакой разницы — румынка ли это, перуанка или индонезийка, все женщины хотят одного: не стареть и быть худыми. Я знал только одну женщину, которой был безразличен ее возраст, она с восторгом разглядывала в зеркале свои новые морщины и пятна на коже — это была Бланка, но Бланка живет в другом мире. Вошла покупательница с двумя детьми, а потом еще одна. Утро подходило к концу, и наступал обычный час оживленной торговли, так что наш разговор закончился.

Позднее, когда мы уже закрывались, меня осенило:

— А что ты будешь делать сейчас?

— Пойду на другую работу.

— А где ты будешь ужинать?

— Если будет хорошая погода, то в парке, а если будет холодно или дождливо, то в метро. Я ношу ужин здесь. — Корина указала на холщовую сумку, которую всегда носила с собой, и которую я раньше не замечал.

— Но в день рождения ты не можешь ужинать в метро.

— Не могу, значит, сегодня поужинаю в парке.

— Ну уж нет. Сегодня я приглашаю тебя на ужин.

— Нет-нет-нет, — сказала Корина, но рассмеялась. Она смеялась, а в ее широко открытых миндалевидных зеленых глазах плескался испуг, и еще резче проступили скулы на лице.

— Это самое малое, что я могу сделать.

10. Заброшенная лестница

Я позвонил маме и сказал, что ко мне в магазин зашел Хосе Карлос, и я пообедаю с ним. В будние дни я очень редко обедаю где-то вне дома. За последние годы такие случаи можно пересчитать по пальцам одной руки, но мой план сработал. Мама ни о чем меня не спросила. У нее была готовая чечевица, и ей оставалось только подогреть ее. Мама любит овощи, и это единственное, что она старается готовить. Я мог бы сказать ей правду, что у Корины день рождения, и я хочу поужинать с ней, или просто пригласить ее к нам домой отведать овощей. У меня на выбор было два подходящих решения, но я ими не воспользовался. Моя ложь получилась такой же естественной, каким естественным казался мне обед с Кориной.

Я вывел машину из гаража, и мы поехали в сторону квартала, где Корина работала по вечерам.