Читаем Прикованная полностью

Жизнь почти вошла в привычную колею, если это вообще можно назвать жизнью. Похожие друг на друга дни, книги, физические упражнения, о которых он напоминает мне с маниакальной регулярностью. У меня нет ни ручек, ни карандашей, ни вилок, ни ложек – и уж тем более ножей. И вообще ничего, даже отдалённо напоминающего что-то колющее или режущее. Я попросила его привезти мне нитки, чтобы я могла плести макраме. Там не нужны ни спицы, ни крючок. Я всегда терпеть не могла рукоделие, но это хоть как-то скрасило бы мне долгие зимние дни. Он ответил, что, мол, нечего мне время на ерунду тратить. На этом мечты о макраме и закончились.

Иногда я всерьёз думаю о том, чтобы повеситься, хотя, конечно, никаких верёвок у меня нет. Можно попробовать накрутить что-то такое из одежды, но быстро этого не сделать и спрятать негде.

С каждым днём становится тяжелее, иногда мне хочется заболеть чем-то серьёзным – и умереть, но я никогда не жаловалась на здоровье, чему сейчас не рада.

– Мамочка, ты нервничаешь? – Щелчок динамика оповестил о его присутствии.

Я перестала ходить и смотрю в камеру:

– Просто хочется немножко размяться, чтобы лучше спать, не о чём беспокоиться, милый.

– Ну хорошо, – он смягчается, – если хочешь, можешь почитать, скоро в кровать.

– Да-да, спасибо, так и сделаю. – Я говорю одни и те же фразы изо дня в день, из месяца в месяц, из года в год.

Я подхожу к холодильнику, и меня осеняет неожиданная мысль. Пытаюсь скрыть улыбку, открываю его, засовываю туда руки, будто что-то достаю, вытряхиваю бумажку из рукава, быстро раскручиваю и читаю: «М. Зайцева, СПб, Технолож, 4 к., 5 ф. 3852 202 1247 Барнаул, мама».

Я мгновенно запоминаю всё, что написано, все буквы и цифры. Достаю пару кусочков колбасы, теперь он привозит её в нарезке, между кусочками вкладываю записку и откусываю, чтобы не оставлять улик. Слава богу, туда камеру поставить он не догадался. А может быть, просто в холод её поставить нельзя.

«Ну, здравствуй, Мария Зайцева из Барнаула, студентка четвёртого курса Технологического института. Теперь я знаю твой домашний телефон и про твою маму стараюсь не думать».

Зачем она написала эту записку? Просто для того, чтобы о ней знали. Или если я вдруг выберусь отсюда…

Размышляя о её близких, я думаю о своих. Воспоминания холодными спицами пронзают с головы до пят. И перед мысленным взором возникают картинки из прошлой жизни.

Больно.

Не думай, не думай, не думай… Ты ведь знаешь, если будешь думать, то сойдёшь с ума.