Читаем Приговор. Книга 3 полностью

Ярко голубые, зелёные и белые краски тропического рая, проплывающие под ними, поблёкли в сознании Клэр. Она вспомнила свою недавнюю жизнь в Айове, ту, которую она оставила, от которой ушла, или, точнее — ту, от которой убежала. В глубине сердца она знала, что пусть на очень короткое время, но у неё было всё, что она хотела и даже больше. У них с Тони сложилось взаимопонимание: у него был необходимый ему контроль, но и у неё тоже. Она приходила и уходила, когда хотела. Да, она сначала предупреждала его, но тем не менее. Клэр предупреждала, а не спрашивала разрешения или одобрения. Он позволял это, потому что они доверяли друг другу. В глубине души она знала, что она первая разрушила эту веру, те обещания, которые они дали друг другу в минуты душевной исповеди. Возможно, в этом и состоял план Кэтрин — вынудив Клэр к побегу, Кэтрин с успехом сломала с таким трудом построенное ими доверие. Даже если Тони выйдет на контакт, размышляла Клэр, смогут ли они его восстановить?

Все было прекрасно, пока Кэтрин это не разрушила. Клэр знала, что её сестра, Эмили, никогда не поймёт этого, а после выхода книги Мередит — и остальной мир, вероятно, тоже. Клэр хотелось всё объяснить. Слава Богу, в этом не было необходимости. Это была одна из лучших черт Фила — он не совал нос не в свои дела.

Понятно, что она никогда не парировала ему словом на слово, действием за последствия, как в её жизни с Тони — по крайней мере, не так, как она делала с Гарри. Как бы то ни было, работа Фила подразумевала осведомлённость. Если бы он не был хорош в своём деле, он не прислал бы ту записку в Сан-Диего. Фил знал её прошлое и не задавал лишних вопросов. Вместо этого он её вдохновлял. Вдохновлял быть сильной, беречь ребёнка и доверять своим инстинктам. Прямо сейчас, хотя она и скучала по Тони, её инстинкты подсказывали ей, что она в безопасности. Они успокаивали её, что доверие, оказанное Филу, не было ошибочным. Наконец, она приняла правильное решение.

Как только понтоны самолета коснулись сверкающей водной глади, Клэр отбросила прочь воспоминания. Это её опыт, её жизнь и будущее, которое она выбрала для себя и ребёнка. Общению мешал шум мотора и Клэр распрямила спину, расправила плечи, коснувшись ноги Фила. Когда он обернулся, она улыбнулась.

Она хотела, чтобы он знал, что она наслаждается видом за стеклом иллюминатора, что она довольна. Фил, может быть, подумал, что её настрой наигран, но она знала, что чувствовала это. Она устала от подавления своих чувств. Её новым девизом будет — «хорошая мина при плохой игре». Может, это блеф, но слишком многое было на кону — она будет сохранять равнодушие и посмотрит, во что это выльется.

Держась за руку Фила, когда он помогал ей сойти с самолёта, Клэр огляделась вокруг. У них под ногами был белоснежный песчаный пляж, а за ними — сверкающая лагуна, открытая бесконечной синей морской глади. На берегу, терпеливо ожидая, стояли двое.

Выбирая варианты для проживания Фил, кроме полной исторической справки о местности, рассматривал и данные об обслуживающем персонале. Главный дом на этом острове был построен в 1970 году богатым англичанином, который прибыл сюда со своими двумя слугами. Френсис и Мадлен поженились на Гаити ещё до поездки сюда. Когда англичанин умер, они остались и более тридцати с лишним лет служили в поместье и ухаживали за многими семьями. В новом доме Клэр было несколько спален, их было более, чем достаточно для неё и ребёнка. Очевидно, у предыдущих владельцев было множество детей и внуков.

Изолированность была самой привлекательной в этом месте. Было время, когда Клэр не любила быть одна, но она так устала от угроз. Это убежище обеспечит её ребёнку ту безопасность, которое может дать только полное уединение. Ради малыша Клэр была готова принять одиночество на этом острове, добраться до которого можно было только по воде и по воздуху. Цивилизация — по крайней мере, что-то похожее на неё — была в получасе плавания на лодке, конечно же, когда погода этому благоприятствовала. Этот регион мог похвастаться солнечной погодой 363 дня в году, хотя пышная растительность требовала обильных дождей. И, как выяснил Фил, шторма бывают непродолжительные, но очень интенсивные. Обильные ливни и властное солнце сотворили комбинацию знойного и влажного климата. После почти месяца в облачной, холодной Италии Клэр была готова насладиться теплом.

Когда они с Филом шагнули навстречу радушным улыбкам слуг, Мадлен, крупная женщина с тёмной кожей и глубоким голосом, заговорила первой: — Добро пожаловать, мадам и мсье Николс! Я Мадлен, а это мой муж, Френсис.

Клэр посмотрела на Фила и улыбнулась. Ей понравился голос Мадлен, он гармонировал с теплотой окружающего воздуха. Протянув руку для приветствия, она сказала:

— Привет, и спасибо. Я мисс Николс и, пожалуйста, зовите меня Клэр, а это, — она посмотрела на Фила. Как она могла объяснить, кто он? Определение его места в её жизни столько раз менялось за последний год. — Это мой друг, Филипп Роуч. Он помог мне найти ваш прекрасный остров.

Френсис пожал руку Филу.