Читаем Преступившие полностью

Барона подмывало спросить и о «заклятых друзьях» с таинственной Тускулы, но понял: этого ему не скажут.

Машина уехала. Барон вздохнул и направился к знакомому подъезду. Было еще рано, и Корф решил посидеть полчасика на скамейке, а заодно привести мысли в порядок. Он закрыл глаза и задумался. Странные события последних дней складывались к невероятную мозаику, и полковник еще раз пожалел, что он не на фронте, где все так ясно и просто. В «чека» его обставили в два хода: дали покричать, затем умаслили и разговорили. А он еще боялся дыбы! Впрочем, это уже было в прошлом. Сейчас следовало выручать Николая, но полковник не знал – как. В Калерию Стародомскую не очень верилось.

Внезапно Корф почувствовал, что его одиночество нарушено. Открыв глаза, он с изумлением увидел на скамейке рядом с собой Кору. Девушка была в джинсах и в знакомой рубашке Келюса.

– Я почувствовала, что вы пришли, – негромко начала она. – Здравствуйте, Михаил Модестович.

– Здравствуйте, сударыня! – обрадовался барон. – Вы даже не представляете, как я рад вашему возвращению! А после, так сказать, узилища, повидать вас…

– Мик был уверен, что вас освободят, – слабо улыбнулась девушка. – Михаил Модестович, прежде чем вы встретитесь с остальными, я бы хотела…

– Чем могу, сударыня? – встрепенулся Корф. – Все, что пожелаете…

Девушка покачала головой.

– Там, – она кивнула куда-то в сторону, и барон понял, что она имеет в виду – вам, наверное, уже рассказали обо мне. Я и сама хотела, но все не решалась. Вы же, Михаил… Михаил Модестович, всегда хорошо ко мне относились…

– Помилуйте, сударыня! – возмутился барон. – Да что бы мне краснопузые не наплели про вас, я бы им в жизни не поверил! Да и что эти ширмачи могут о вас сообщить?

– Вы, как всегда, благородны, – покачала головой Кора. – Мне казалось, что это легко заметить, но только Фрол понял. И то потому, что он сам – не человек…

– Как?! – обомлел барон. – Господин Соломатин не… И что он увидел, помилуйте?!

– Что я такая же, как Волков! И как его бандиты! Я мертвая, Михаил! Ярытница… погань…

– Господь с вами! – испуганно пробормотал барон и перекрестился.

– Не верите? – девушка вновь улыбнулась, но вымученно и горько. – Смотрите! То, что перед вами – только видимость. А на самом деле…

И тут черты девушки словно поплыли, сквозь легкий туман начала проступать черная высохшая кожа; исчезли губы, впали глазницы, вместо глаз…

– Не надо! – Корф закрыл лицо руками. – Пожалейте…

Когда он открыл глаза, видение – если это было видение – исчезло. Кора вновь стала прежней, только побледнела, как полотно. Девушка смотрела в сторону, руки впились в край скамейки.

– Кора, – тихо заговорил барон, – кто бы вы ни были… Я ничего в этом не понимаю, но если я могу хоть чем-то помочь… Впрочем какой с меня толк? Вы же знаете, кто я…

– Знаю, – девушка низко опустила голову, – Волков мне рассказывал. Странно, он никого не уважает, но о вас отзывался хорошо. Говорил, что жалеет вас… Что вам никогда не вернуться…

– Я найду скантр! – упрямо заявил полковник.

– Это не поможет. Я не должна, наверно, говорить, но вы очень мужественный человек, Михаил… Кроме скантра нужна установка, а она сейчас находится под строгой охраной. Дело в том, что Волков хотел уйти вместе с вами к Деникину, но узнал, что Второй канал полностью отключен от источников энергии. Даже его захват ничего не даст. А одного вас не выпустят. Волков говорил, что вы слишком много знаете, и вас никогда не отпустят обратно. В крайнем случае инсценируют несчастный случай… Мне очень жаль, Михаил.

– «Марш вперед, трубят в поход, марковские роты…», – барон как-то сразу выпрямился и напрягся. – Стало быть, сударыня, мы квиты. Перед вами

– покойный полковник славной Добровольческой армии Михаил Корф, трагически рассыпавшийся на молекулы аккурат на сто первом году жизни! Ничего, Кора… Господь нас не оставит.

– Он отвернулся от меня, – прошептала девушка. – Не будем об этом. Я хочу предложить вам вот что… Это план Волкова, но мы можем им воспользоваться. Если мы захватим скантр, то спрячем его в безопасном месте, а затем поставим ультиматум: или вас отправляют домой, или мы просто уничтожим «Ядро». Для гарантии в момент передачи скантра мы пригласим иностранных журналистов.

– Умно, – барон вновь ощутил слабую надежду. – Но, сударыня, что может делать этот бандит у Деникина? Он не боится… на молекулы?

– Не знаю, – покачала головой Кора. – Он ищет еще что-то… Может, это гарантирует ему безопасность?

– Ладно! – полковник хлопнул ладонью по колену. – Стратегический план принят… Ну, а что у наших?

– Фрол вам расскажет… Мик – он молодец! Но, боюсь, Михаил Модестович, ваш родственник мною излишне, как бы это сказать…

– Уши оборву! – решил барон. – Хотя осуждать не могу, гм-м… Однако для личных дел у нас еще будет время. Сейчас главное – помочь Николаю. Пойдемте, сударыня, нам, по-моему, пора.

Барон склонился перед девушкой в галантном поклоне. Та секунду колебалась, затем все же подала ему руку…