Читаем Преступившие полностью

– Ничего, ярытник, все равно до тебя доберусь! – с ненавистью выдохнул Фрол. Вместо ответа Волков рассмеялся и поманил девицу. Та, пошатнувшись, медленно встала, бросив умоляющий взгляд на дхара и Корфа. Барону показалось, что ее губы прошептали: «Спасите!»

– Эй, майор, оставьте девушку в покое! – потребовал Корф.

– В покое? – усмехнувшись, Волков щелкнул пальцами.

Девушка тут же упала на колени, затем, вновь встав, глубоко вздохнула, словно пробуждаясь от глубокого сна.

– Спасите! – повторила она. – Не оставляйте…

– Очень трогательно! Действует, правда? – майор вновь щелкнул пальцами. Девушка застыла, глаза погасли, руки бессильно опустились вдоль тела.

– Иди!

Пошатываясь, словно большая, плохо сделанная кукла, она двинулась в глубину двора.

– Я сказал все, – закончил Волков и, махнув рукой, не торопясь, направился следом.

С минуту Корф и Фрол не могли пошевельнуться. Затем, словно сбросив невидимые путы, они огляделись по сторонам и дружно перевели дух.

– Дичь! – пробормотал барон. – Слава Богу, у нас такого нет.

– Есть, – сморщившись, словно от зубной боли, возразил дхар. – Только тебе, Михаил, видать, везло – не встречался.

– Почему он вас так называл?

– Чугом? Это… В общем, елы, долго рассказывать. Дразнили нас так. Не дхары, мол, а чуги – лесные дикари. Мы не любим этого слова…

– Да, – спохватился барон. – Что мы тут стоим! Надо быстрее возвращаться! Правда, у Николая есть браунинг…

– И у деда его был браунинг! Ходу!

Они шли быстро, не тратя времени на разговоры. Внезапно Фрол оглянулся, затем еще раз.

– Что там? – не понял Корф.

– Бежит, зараза, – зло бросил дхар.

Барон оглянулся. За ними, не торопясь, бежала большая черная собака. Она двигалась ровно, не оглядываясь на кошек, не реагируя на лай встречных мосек и не обнюхивая углов.

– Фу, дрянь! – Михаилу пес тоже совершенно не понравился.

– Следит, – пояснил дхар. – Не отстает, елы… Ну, я ее сейчас…

Внезапно обернувшись, он резко махнул рукой. Странная собака отскочила в сторону, оскалилась и беззвучно исчезла в ближайшей подворотне.

– Дрессированная? – осведомился полковник.

– Ага, – недобро ухмыльнулся дхар, – встретил бы эту дрессированную ночью, закаялся бы в цирк ходить…

Барон пожал плечами, приписав этот эпизод излишне расстроенным нервам.

В подъезд они почти вбежали, мигом поднявший на четвертый этаж.

– О Господи! – только и выдохнул барон.

Келюс лежал на полу рядом в дверью, ведущей в квартиру, чуть прислонившись головой к стене. Разорванная рубашка намокла кровью, темные пятна расползлись по всей площадке.

– Дышит! – обрадованно шепнул Корф, нащупывая пульс. – Чем это они его?

Дхар осторожно повернул голову Николая и тихо охнул: вдоль шеи тянулся глубокий неровный порез, покрытый запекшейся кровью. Корф, привычным жестом человека, часто видевшего подобное, несколько раз прикоснулся к коже вокруг раны, затем внимательно оглядел рубец и вновь нащупал пульс.

– Артерия цела, – задумчиво проговорил он. – Крови, правда, много… Но это не нож… Странно…

– Это укус, – через силу выдавил из себя Фрол. – Надо его в квартиру отнести. Вот, елы, отпустили одного…

– Да бросьте, Фрол! – вздохнул барон, обшаривая карманы Лунина в поисках ключей. – Вампиры бывают только в сказках… или в романах господина Стокера… Ага, вот…

Найдя в куртке Келюса связку ключей, он принялся возиться с замком. Нужный ключ никак не удавалось найти, и Михаил начал тихо злиться.

– Елы, – буркнул Фрол, ни к кому не обращаясь. – Сказки, в карету их! В гробу я такие сказки видел! У, черти!

– Не поминайте их, воин Фроат, – послышался сзади знакомый голос. От неожиданности барон дернулся и выронил ключи.

– Варфоломей Кириллович! – вскрикнул Фрол, все еще не веря. – А мы вас искать собрались! Вы… Вы видите?

– Вижу, воин Фроат, – старик склонился над Келюсом, осматривая рану. Затем, встав, неодобрительно покачал головой:

– Худо…

Он легко провел рукой над лицом раненого. Келюс застонал.

– Черт! – ругнулся Корф, все еще мучаясь с замком.

– И вы не поминайте их, воевода, – сурово заметил Варфоломей Кириллович и, шагнув к двери, прикоснулся рукой к замку. Послышался щелчок, и дверь приоткрылась.

Корф еле сдержался, чтобы вновь не помянуть нечистого. Вдвоем с Фролом они аккуратно подняли Келюса и осторожно внесли в квартиру. Старик еще немного постоял на окровавленной лестничной площадке, вновь покачал головой и зашел следом.

– Это он, – шептал между тем Фрол полковнику. – Я тебе рассказывал. Экстрасенс который…

– Однако, – заметил барон. – Лихо это он с замком…

Лунина положили на диван. Фрол, поспешив в кухню, намочил полотенце, чтобы вытереть кровь. Барон между тем продолжал осматривать рану.

– Пустяк, в общем, – бормотал он. – Порез, ерунда, у нас с таким даже в госпиталь не отправляли…

– Ошибаетесь, воевода, – возразил Варфоломей Кириллович, присаживаясь рядом. – Раны, вами виденные, на брани получены были. Меч порою милостив. Он суть только железо…

– Яд? – Корф невольно вздрогнул.

– Сие, к прискорбию, весьма вероятно, – старик провел рукой над раной. – Оттого и обморок, ежели не чего хуже…