Читаем Преисподняя полностью

— Вечная красота! — Она приняла позу, покрутилась перед зеркалом, подошла к кровати и легла. Услышав «Что ты там копаешься?», Идзуми начал раздеваться, неловко путаясь в одежде. Сердце у него колотилось. Он перестал понимать, что она говорит, и лишь пожирал глазами её тело. Юмико раскинулась на простынях, открывая его взгляду холмик чёрных волос на лобке и розовые лепестки гениталий. Приняв это за руководство к действию, он опустился перед кроватью на колени и, медленно поднимаясь, стал прокладывать себе путь по её телу. Секс, однако, получился не очень. Даже в таком состоянии Юмико трещала как сорока:

— Не могу больше об этом вспоминать! Всё время одни и те же лица. Та же сцена, те же партнёры. Даже зрители мне казались на одно лицо. Ужас! Сделай так, чтобы я это забыла! Эй, как тебя? Идзуми-сан! Я хочу всё забыть!

И хотя эмоционального заряда моменту явно не хватало, Идзуми разрядился через пять секунд.

— Бог ты мой! Вот и управились, да? — проговорила круглолицая женщина, сидевшая в поезде наискосок от Идзуми. Она смотрела на него и улыбалась. На вид ей было лет шестьдесят. Давно она здесь сидит?

Не ваше дело, — грубо бросил Идзуми, смерив её сердитым взглядом. Нельзя сказать, что он был раздосадован или смущён этим вторжением в его мысли. Его просто немного удивило, как здесь, в Преисподней, эта женщина смогла заглянуть в воспоминания совершенно незнакомого человека.

Женщина явно была настроена благожелательно. Продолжая улыбаться и как бы успокаивая Идзуми, она сказала:

— Извините. Раньше я была гадалкой, предсказывала судьбу. Здесь мои способности расширились. Так забавно… Я вдруг стала видеть, что было у человека в прошлом.

— Ого! Так вы экстрасенс? — удивился Идзуми. Покопавшись немного в прошлом своей попутчицы, он понял, что она всё больше интересует его. — Э-э… Вас убили? Кто?

— Убийца.

— Ну, это понятно. Если кто-то вас убил — значит, он убийца.

— Нет, я другое имела в виду. — Она покачала головой, и её слегка обвисшие щёки мелко затряслись. Неразвитая интуиция Идзуми, похоже, её раздражала. — Тогда лучше начать с начала. Ко мне пришла полиция. Я жила в Сэндае,[10] где меня многие знали. Помогала разыскивать пропажи. Полиция обратилась ко мне. Пропала женщина. Они считали, что её скорее всего убили, но тела не нашли и вообще не знали, что делать — не было никаких зацепок. Я согласилась помочь. Скоро в горах, в указанном мной месте, нашли труп жертвы. Стали искать убийцу — всё бесполезно. Полиция боялась, что потеряет лицо, если никого не арестует, и решила записать в подозреваемые меня. Можете себе представить? Они заявили, что только убийца мог знать, где спрятано тело. Вот такая теория! Меня допрашивали несколько дней подряд. Я чуть с ума не сошла. Мне говорили, что доказать свою невиновность я могу только одним способом — если помогу полиции отыскать настоящего убийцу. Я отвечала, что ловить убийц — не моё дело, я специализируюсь на поисках того, что пропало или потеряно. На моё счастье, убийцу всё-таки арестовали. Какой-то полицейский обходил округу, опрашивая жителей совсем по другому делу, и случайно заглянул в дом, где жил преступник. Увидев на пороге полицейского, тот ударился в панику и бросился бежать. Тут его и повязали. Это случилось двадцать лет назад. То есть за двадцать лет до моей смерти. Вторая часть спектакля сыграна совсем недавно, примерно за неделю до того, как меня убили. Ко мне опять явился следователь с той же просьбой: помогите, не можем найти одного мужчину. Молодой человек, он был не в курсе истории моих отношений с полицией. Я ему всё рассказала и заявила, что по горло сыта таким «сотрудничеством». Он сказал: «Ничего подобного на этот раз не будет. Обещаю». Этим делом заинтересовались журналисты — у моего дома даже телекамеры появились, и я думала, что всё будет нормально. Но решила: никакой помощи они от меня не дождутся, пока не извинятся за тот случай, и отказала следователю. Всё это показали по телевизору, за кадром ведущий рассказывал, как всё тогда вышло между мной и полицией. А на следующую ночь меня убили. Преступник испугался, что я его разоблачу, залез ко мне в дом, когда я спала, и забил меня до смерти. Прорицатели своё будущее предсказывать не умеют. Обидно, правда? Вот что значит потерять бдительность. Полиции удалось выйти на след убийцы, и в конце концов его задержали. Горячий денёк выдался тогда у журналистов, я вам скажу.

Закончив рассказ, женщина безмятежно рассмеялась, будто всё это время говорила о ком-то другом.

Датэ всё бродил по переулкам. На его лице застыла гримаса слабоумия. Он двигался напролом, никому не уступая дорогу, налетая на не успевавших увернуться прохожих. Услышал доносившуюся из какого-то магазинчика песенку «Додонпа: девчонка из Токио»[11] и стал бубнить её себе под нос, как в бреду. Подхватывая ритм, ноги печатали шаги по мостовой: «до-дон-па», «до-дон-па»… Широко раскрытые глаза Датэ застыли, устремив взгляд в одну точку на небе.

До-дон-па! До-дон-па! До-дон-па!

Ты огонь в моей груди.