Читаем Предатель рядом полностью

Продолжая мило улыбаться девушке, Перец лихорадочно, сбиваясь с одной мысли на другую, пытался выстроить программу дальнейших действий. Те, что стоят неподалеку от него, уже наверняка разгадали его план. Именно по этой причине они стоят и терпеливо ждут, не желая выступать инициаторами в этой щекотливой ситуации. Можно было бы сейчас, со стопроцентной гарантией на успех, схватить девку за шиворот, подтащить ее к кабине водителя и заставить выйти вон всех, включая преследователей. Но уже через пять минут дежурную часть ГУВД Екатеринбурга будут сотрясать звонки с сообщениями от сознательных граждан, экс-пассажиров, что какой-то придурок взял в заложники экипаж и угнал троллейбус. Наверное, в Турцию…

Но троллейбус — не аэробус. Он даже не автобус. Водителя нельзя заставить нажать на газ и на бешеной скорости уйти в другой район. Ровно через одну минуту такого ралли троллейбус воткнется в корму такого же троллейбуса, и Перец будет выглядеть так глупо, как не выглядел никогда в жизни. Более того, все опять начнется сначала. Он и рядом — эти двое.

Повернув голову к тому, светлому, Перец встретился с ним глазами. Мужик стоял уверенно, чуть покачиваясь от рывков троллейбуса, и не моргая глядел на него. Глядел куда-то в подбородок, не отводя глаз.

«Боксер чертов!.. — вскипел Перец. — А как ты на это отреагируешь?»

Не отводя взгляда от мужика в кожаных брюках, он повернул голову к кондукторше и, будто спрашивая, вопросительно дернул головой.

«Ты видишь ее?» — прочитал в этом движении Антон.

Поджав губы, он в знак согласия кивнул.

«Вижу, конечно, — понял Перец молчаливый ответ Копаева, — доедем до места — обсудим и это».

Вынув свободную руку, Перец медленно погладил подбородок. Да, ситуация…

До конечной остановки восемнадцатого маршрута оставалось чуть более десяти минут езды…

— Сейчас «рогатый» остановится, народ станет выходить, а девчонка попрется к кабине водителя обсуждать навар за ходку, — прошептал Суровцев, склоняясь к плечу Антона. — Перец последует за ней, после чего запрет их у кабины. На троллейбусах двери со стороны водителя нет, так что никуда тот не денется. Но я совершенно не понимаю, что будет дальше…

Антон усмехнулся.

— А ты еще не понял? Дальше он возьмет девчонку за хрупкие плечи, повернет ее лицом к нам и предложит тебе, Суровцев, бросить оружие. Фильмы про это не сходят с экрана. Он поступает, как киношный подонок, а ты — как главный герой. Гуманный и человечный. Ты, опасаясь за жизнь девушки, бросишь пистолет на пол… — Троллейбус качнулся, и Копаев на мгновение отклонился от таможенника. — …Только в этом случае фильм сразу же закончится, потому что Перец убьет сначала нас, потом девчонку, следом — водилу. Ты видел конечную остановку Парка культуры? Глухомань. Он спокойно выйдет на улицу, отряхнет брюки и уйдет.

Троллейбус, набирая скорость, мчался к своему конечному пункту. Помимо Антона и Суровцева, стоящих посреди салона, в нем находились еще Перец и кондуктор. Они уже о чем-то оживленно беседовали, и, казалось, Перец даже позабыл о своих проблемах. Единственное, по чему можно было догадаться о готовности убийцы к любому движению со стороны преследователей, были частые взгляды в их сторону.

— Конечная! — объявила девушка. Она обращалась не к Перцу, который для нее стал уже почти своим, а, конечно, к тем двум, что стояли, держась за ручки сидений.

«Вот именно, — подумал Антон, — это самая настоящая конечная…»

Едва троллейбус замер на самых дальних подступах развилки, где сбились в беспорядочную кучу десяток таких же машин, Перец начал действовать…

Мгновенно оценив взглядом обстановку за окном, он схватил девчонку с сиденья и рванул на себя. Взвизгнув, она навалилась на него всем телом…

— Стоять! — проревел он, обращаясь к Антону и Суровцеву. — Стоять, уроды, иначе я этой сучке мозги вышибу!..

Услышав совсем не то, что ожидал в данный момент услышать, водитель соскочил со своего места и появился в дверях кабины. Не раздумывая, Перец отбросил назад руку и выстрелил. В замкнутом пространстве салона звук выстрела прозвучал так, будто лопнул барабан. Глухо и нехарактерно. А водитель, получивший в грудь пулю, тут же упал спиной на руль. Короткий звук сигнала, который издал троллейбус после падения тела водителя на рулевое колесо, подсказал Антону, что Перец стал убивать в обратной последовательности. По мере возникновения помех.

— Стоять!.. — возбужденный видом крови, беглец вновь осадил преследователей. — Руки мне показали! Показали мне руки!.. Быстро!..

Заметив в руках Суровцева пистолет, он, прячась за девушкой, заорал Антону:

— А где твоя «волына»?! Кого лохануть хотите, мусора?!

— У меня нет оружия, — спокойно сказал Антон. — И я не мент.

Двери троллейбуса по-прежнему оставались открыты. Если постараться, то можно быстро навалиться на Суровцева и вылететь на улицу невредимыми. А можно и не вылететь. Перец только что доказал способность стрелять, не раздумывая. Так что вполне возможно, на улицу вывалятся два тела. И очень, очень жаль эту девочку…