Читаем Предатель рядом полностью

Суровцев поднял на Антона слегка покрасневшие глаза.

— Это говорит о том, что в эту квартиру с минуты на минуту должен прийти некто, кто принесет ему наркотик…

В коридоре раздалась трель звонка.

— Издашь хоть звук — отправлю в нокаут! — шепотом пообещал Копаев, склоняясь над одеялом.

Парень замер на кровати в неудобной для себя позе, явно выжидая момент, чтобы подать сигнал. С грустью подумав о необходимости проявления не самых лучших своих человеческих качеств, Антон секунду помедлил, скинул для определения точного местонахождения объекта одеяло, и одним ударом отключил его.

Суровцев был уже в коридоре. В тот момент, когда он открывал один-единственный замок, Антон встал за его спину. Дальше произошло досадное недоразумение. Вставая за спину таможенника, Копаев действовал автоматически. Имея в своей квартире двойные двери, он помнил, что главная, наружная дверь, у него открывается наружу. Внутренняя всегда открывается вовнутрь. Антон вспомнил об этом лишь тогда, когда Суровцев, открывая проход на лестничную клетку, толкнул его спиной.

Потеряв равновесие, Антон запнулся и к тому моменту, когда таможенный опер уже втаскивал в квартиру гостя, оказался на полу… Вскочив и оценив ситуацию, он увидел, что Суровцев, наклонив голову Перца к полу, пытается завладеть его правой рукой. Верное решение для любого, кто хочет максимально обезопасить себя и окружающих от действий вооруженного человека. Отметив про себя, что Перец уже успел где-то переодеться, Антон зацепил его правую ногу и рванул вверх. Получилось очень эффектно. Перец, перевернувшись в воздухе, рухнул на спину, как кукла. Упав ему коленом на грудь, таможенник стал лихорадочно хлопать по его карманам в поисках оружия.

— Оставь… — глухо, каким-то мертвым голосом произнес Антон. — Оставь его. Второй раз на том же самом месте…

Не понимая, что происходит, Суровцев оторвал взгляд от гостя и уставился на Антона.

— Это не Перец, — повернувшись в сторону комнаты, выдавил Антон.

Подскочив к неизвестному, он схватил его за шиворот и затащил в комнату.

— Где тот, что послал тебя?! Быстро, мерзавец, иначе я из тебя душу выну!.. Где тот, что просил тебя сюда зайти?!

Оглушенный криками, тридцатилетний парень после каждого восклицания Копаева закрывался, как от ударов. Он выставлял перед ним ладони и отворачивал лицо. Ему, лежащему на полу, было трудно поверить в то, что происходит. Оказывается, тут живет не девчонка, которую не выпускает к любящему ее парню мама-сумасбродка, а двое психически ненормальных граждан. Тот, кто просил позвонить в квартиру и вызвать девочку на площадку, его почему-то об этом не предупредил. Девочками в этой старенькой и потертой квартире даже не пахло, зато она была битком набита огромными мужиками…

Озарение пришло позже, когда эти мужики, усиливая натиск, стали повторять один и тот же вопрос: «Где он?» Где бы «тот» ни был сейчас, о том, где он его оставил, нужно сказать сейчас, ибо один из бандитов уже стал многозначительно помахивать перед носом гостя пистолетом.

— Да не маши ты стволом! — вскричал Антон, отстраняя руку Суровцева. Тот, испытывая бешенство, не выпускал из рук «макарова». — Не видишь — он сейчас обмочится!

— Братва, я «попал»! — пользуясь моментом, возопил гость. — Я без понятий по вашей теме! Меня паренек на улице попросил зайти и девку на площадку позвать! У нее маман конченая!

— Сам ты конченый! Где остался тот Ромео?

Поняв, что жизнь продолжается, посредник в лжелюбовных отношениях быстро объяснил, что пославший его на задание паренек стоял на углу дома и курил.

Понятно, что, прождав несколько минут, Перец уже сориентировался в обстановке. Копаев и Суровцев выскочили из подъезда. Перед ними, разуверившийся в людской порядочности, поспевал ни за что побитый парень и показывал место недавней дислокации Перца.

Разумеется, оно пустовало, однако в пяти десятках метров от него виднелась спина беглеца. Проявляя недюжинные способности к спринтерскому бегу, он с огромной скоростью приближался к проспекту.

Не сговариваясь, оба преследователя кинулись за ним. «Тойота» осталась сиротливо стоять у дома.

Странной была эта погоня. Она напоминала финальную часть всей двухнедельной эпопеи. Перец, страстно желай уйти от погони, совершил абсолютно необъяснимый поступок — заскочил в уже отправляющийся с остановки троллейбус. Им двигала безрассудность, помноженная на злость и желание жить. Заскочив в троллейбус, он заставил Антона и Суровцева резко броситься к дороге и остановить первую попавшуюся им на глаза машину. Автомобиль был желтого цвета, с шашечками на борту.

— Вон за тем троллейбусом, быстро! — скомандовал Антон. — Не упусти.

— Ты что, издеваешься? — не выдержал все-таки таксист. — «Сохатого» ты и без меня через две минуты бы загнал…