Читаем Правила боя полностью

– История с покушением пока не ясна, работаем. Признаться, для меня это полная неожиданность.

– Господа, господа, у нас одна тема для обсуждения, а мы к ней еще не обращались.

– У вас сегодня опять гольф?

– Не угадали – бридж.

– Не знал, что вы играете в бридж.

– Что поделаешь, приехали два полковника из Моссада, нужно составить им компанию.

– Господин В., прошу ваше сообщение.

– С вашего позволения, я начну издалека. В середине семидесятых годов наша контора разрабатывала одного диссидента, ученого, не помню уже, то ли геолога, то ли нефтехимика, не суть важно. Кириллов была фамилия этого ученого, он умер потом в спецлечебнице. Среди обычной диссидентской болтовни мое внимание тогда привлекла одна фраза «Вы колосс на глиняных ногах». Фраза-то обычная, что-то подобное говорил каждый из них, а вот сказана она была необычно, спокойным таким, уверенным голосом ученого. Я спросил у Кириллова, что он имеет в виду, и он рассказал, что в результате сделанного им открытия обнаружилось, – колоссальные запасы нефти в Сибири и на севере России – это миф. Те гигантские полости в Земле, не помню, как они называются, кажется каверны, которые геологи приняли за грандиозные месторождения нефти, на самом деле заполнены водой.

– Но мы который год качаем оттуда нефть!

– Правильно, потому что вода покрыта тонким слоем нефти. Тонким, конечно, в геологических масштабах, на самом деле это пласты многокилометровой толщины, но они уже истощаются. Объяснять, почему нефть плавает на поверхности воды, думаю, не надо?

– Не надо. И что вы предприняли?

– Кириллову был поставлен диагноз «шизофрения с бредом преследования», он был помещен на излечение в одно из спецучреждений. Далее, признаюсь, я совершил должностное преступление, то есть изъял и сокрыл от вышестоящих товарищей результаты открытия Кириллова и буквально до последнего времени они находились… Ну, скажем так, в надежном месте. Не так давно я под благовидным предлогом попросил доверенных людей провести пробное бурение в регионах, указанных Кирилловым. Сегодня я получил окончательные результаты. Сомнений быть не может, Кириллов прав. Нефти у нас нет!

– Черт побери! Вы знаете, что начнется на фондовых биржах?

– Догадываемся.

– Аналитики проработают детали, но, в принципе, программа действий такова. Срочно национализировать все нефтяные монополии, выплатив основным акционерам максимально возможные суммы. Это может быть валюта или акции в наиболее стабильных государственных компаниях, унитарных, или с преобладанием госкапитала. Так что финансовых потерь мы не понесем. Хуже другое. Вы представляете, какие дивиденты, и политические, и экономические, это принесет странам ОПЕК. Поэтому нужен срочный сокрушающий удар по странам арабского мира!

– Все, господа, на сегодня все. Разойдемся, чтобы обдумать сложившуюся ситуацию.

Впервые не прозвучала фраза «можно оправиться и закурить», впервые члены «Большой Пятерки» расходились в молчании. Предстоял Большой передел мира.

* * *

Кирей в который раз ощутил, как ему недостает Сергачева. Зловредный старичок, конечно, и сильно себе на уме, но организатор – дай бог каждому.

Вот и сейчас Кирей сидит в кабинете со своим заместителем, Володей Седым, и вдвоем они кумекают, кого из урок можно подписать на поездку в Америку, потому как все к этому идет, однозначно.

Почему Кирей про Америку подумал, он и сам объяснить бы не смог. Сергачев намекал на заграницу, а в мозгу оно и совместилось – заграница, значит, Америка. Да оно, по сути, и не важно, главное, что не в родных пенатах, где в каждом, самом захудалом городишке обязательно найдутся знакомые пацаны, которые подскажут, помогут и укроют, если уж дело так повернется.

Володя Седой, по природе живой, подвижный, с трудом находящий себе место, маялся теперь в кресле, все время порываясь встать и начать что-нибудь делать – бегать по комнате (ходить он просто не умел), звонить по телефону, найти хоть какое-то применение своим рукам и ногам, а приходилось сидеть в кресле, потому что напротив расположился Кирей, и шевелить только мозгами и языком.

Он вслух вспоминал всех пацанов, с которыми вместе замутил не одну байду, ходил на стрелки и разборки, пускал кровь хачикам, и, вообще, в которых был уверен на все сто. Получалось интересно – знал он многих, а отобрать для дальней и опасной поездки было, считай, некого. У одного – семья и дите малое только народилось, отрывать мужа-кормильца вроде и не след. У другого – бизнес крутой закрутился, нормальный бизнес, чистый, но за ним глаз да глаз нужен, мужик который месяц на природу выехать не может, чтобы конкретно оттянуться с корешами, а тут – Америка, далеко, и неизвестно еще, чем кончится… Третий – полжизни на нарах провел, весь в болячках теперь, ему не в Америку ехать, а в хороший санаторий, чтобы врачихи да сестрички над ним сиськами трясли и ублажали всячески больное тело заслуженного урки…