Читаем Практикум лидера полностью

Под термином «бюрократия» (этимологически – управление посредством контор) понимают определенную формальную организационную модель, которая изначально связана с административным аппаратом и сильно зависит от законов и правил. Основоположником бюрократической школы считается Макс Вебер, который выделил базовые принципы и идеальные характеристики так называемых бюрократических структур, рассматриваемых в качестве рациональных организаций, способных достигать максимального уровня эффективности. Школа принятия управленческих решений.

Появление школы принятия решений, возможно, связано с желанием ее представителей объединить принципы научного менеджмента с положениями школы человеческих отношений.

Как уже говорилось, общим у разных авторов является преодоление классического подхода к управлению и, следовательно, к принятию решений. На самом деле, среди универсальных принципов классической теории есть утверждение, что абсолютная рациональность регулирует осуществление управленческой функции, а цели и ценности организации определяются тем, кто исполняет административную функцию. Из этого следует, что, согласно этой доктрине, принятие решений руководством (и, следовательно, появление этих организационных решений) является результатом научного расчета и абсолютно рационального поведения.

Проблемы и ответственность за выбор передаются тем субъектам, которые, помимо определенной власти в принятии решений, по-видимому, обладают способностями и знаниями («эффективной энергией»), достаточными для принятия решений. Кроме того, часто выбор, совершаемый в этих условиях, оказывается случайным и необоснованным, поскольку бывает, что при разрешении одной проблемы появляется возможность выбора, который может стать решением другой проблемы.

Модель «мусорной корзины» (“Garbage Can Model”) эффективна в том случае, когда не применимы проверенные рациональные процессы принятия решений. На самом деле, это не гарантирует оптимального решения проблем, но позволяет организации использовать форму принятия решений, соответствующую условиям двойного выбора. Действительно, данная модель помогает осуществить выбор, когда организация находится в условиях конфликта или неуверенности относительно своих целей и технологий.

В целом, “Garbage Can Model” позволяет управлять ограниченной рациональностью как субъекта, принимающего решения, так и организационного контекста, в котором принимается решение.

Эта теория совершила достаточно простой синтез, в котором, тем не менее, следует разобраться. Нет необходимости терять время на то, чтобы судить, что правильно, а что нет. Общество сконструировано определенным образом, и единственное, что можно сделать, – это понять, куда оно движется, и действовать исходя из этого. И индивид со всей своей истиной не может напрямую противостоять, сопротивляться, так как живет в этой организованной анархии, которая может скрываться под разными названиями: партия рабочих, «Сила Италии», США, профсоюз, «Конфедерация промышленников», нефть, исследования и т. д.

Не хватает критерия, который позволил бы рациональное вмешательство[38]. Единственный критерий, который, по-видимому, существует, – это критерий членов профессиональных союзов («Торговая Конфедерация», ремесленники, «Корпорация инженеров»), защищающих свои интересы. В сущности, вся политика – это раздел бизнеса. Чтобы понять политику, необходимо проанализировать пенсии, пособия по временной нетрудоспособности. Мы существуем в мире «мусорных корзин».

В нашем обществе и в политике все имеют права. Следовательно, бесполезно логически отстаивать то, как это «должно быть на самом деле». Точно так же не имеет смысла устраивать революцию, потому что любая революция подразумевает уже заранее заданное расположение сил.

Политика США функционирует именно так. Рассмотрим пример корпорации «Энрон»[39], о которой много говорилось в связи с мошенничеством, коррумпированным бюджетом. Изначально «Энрон» обладал капиталом, и деньги принадлежали акционерам. В определенный момент «Энрон» терпит крах, и это означает, что все акционеры теряют свои деньги. О возмещении речь не идет. Впрочем, когда заключался договор, они верили в это управление. Затем «Энрон» восстает из собственных руин под другим названием: осуществляются новые вложения, собирается новый капитал за счет других акционеров.

Таким образом, маленький народ вынужден постоянно финансировать эту организованную анархию. Сегодня реальность вещей формируется из проблем, решений и участников. Очередные члены правления, как бы то ни было, делят между собой приз, который даже после краха может быть обещан другим – так собираются новые деньги, дающие возможность предпринять новые экономические ходы.


Введение в систему качества

Перейти на страницу:

Похожие книги

Невидимая Хазария
Невидимая Хазария

Книга политолога Татьяны Грачёвой «Невидимая Хазария» для многих станет откровением, опрокидывающим устоявшиеся представления о современном мире большой политики и в определённом смысле – настоящей сенсацией.Впервые за многие десятилетия появляется столь простое по форме и глубокое по сути осмысление актуальнейших «запретных» тем не только в привычном для светского общества интеллектуальном измерении, но и в непривычном, духовно-религиозном сакральном контексте.Мир управляется религиозно и за большой политикой Запада стоят религиозные антихристианские силы – таково одно лишь из фундаментальных открытий автора, анализирующего мировую политику не только как политолог, но и как духовный аналитик.Россия в лице государства и светского общества оказалась совершенно не готовой и не способной адекватно реагировать на современные духовные вызовы внешних международных агрессоров, захвативших в России важные государственные позиции и ведущих настоящую войну против ее священной государственности.Прочитав книгу, понимаешь, что только триединый союз народа, армии и Церкви, скрепленный единством национальных традиций, способен сегодня повернуть вспять колесо российской истории, маховик которой активно раскручивается мировой закулисой.Возвращение России к своим православным традициям, к идеалам Святой Руси, тем не менее, представляет для мировых сил зла непреодолимую преграду. Ибо сам дух злобы, на котором стоит западная империя, уже побеждён и повержен в своей основе Иисусом Христом. И сегодня требуется только время, чтобы наш народ осознал, что наша победа в борьбе против любых сил, против любых глобализационных процессов предрешена, если с нами Бог. Если мы сделаем осознанный выбор именно в Его сторону, а не в сторону Его противников. «Ибо всякий, рождённый от Бога, побеждает мир; и сия есть победа, победившая мир, вера наша» (1 Ин. 5:4).Книга Т. Грачёвой это наставление для воинов духа, имеющих мужественное сердце, ум, честь и достоинство, призыв отстоять то, что было создано и сохранено для нас нашими великими предками.

Татьяна Грачева , Татьяна Васильевна Грачева

Политика / Философия / Религиоведение / Образование и наука
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное
Утро магов
Утро магов

«Утро магов»… Кто же не слышал этих «магических слов»?! Эта удивительная книга известна давно, давно ожидаема. И вот наконец она перед вами.45 лет назад, в 1963 году, была впервые издана книга Луи Повеля и Жака Бержье "Утро магов", которая породила целый жанр литературы о магических тайнах Третьего рейха. Это была далеко не первая и не последняя попытка познакомить публику с теорией заговора, которая увенчалась коммерческим успехом. Конспирология уже давно пользуется большим спросом на рынке, поскольку миллионы людей уверены в том, что их кто-то все время водит за нос, и готовы платить тем, кто назовет виновников всех бед. Древние цивилизации и реалии XX века. Черный Орден СС и розенкрейцеры, горы Тибета и джунгли Америки, гениальные прозрения и фантастические мистификации, алхимия, бессмертие и перспективы человечества. Великие Посвященные и Антлантида, — со всем этим вы встретитесь, открыв книгу. А открыв, уверяем, не сможете оторваться, ведь там везде: тайны, тайны, тайны…Не будет преувеличением сказать, что «Утро магов» выдержала самое главное испытание — испытание временем. В своем жанре это — уже классика, так же, как и классическим стал подход авторов: видение Мира, этого нашего мира, — через удивительное, сквозь призму «фантастического реализма». И кто знает, что сможете увидеть вы…«Мы старались открыть читателю как можно больше дверей, и, т. к. большая их часть открывается вовнутрь, мы просто отошли в сторону, чтобы дать ему пройти»…

Жак Бержье , Луи Повель , ЛУИ ПОВЕЛЬ , ЖАК БЕРЖЬЕ

Публицистика / Философия / Образование и наука
Синдром гения
Синдром гения

Больное общество порождает больных людей. По мнению французского ученого П. Реньяра, горделивое помешательство является характерным общественным недугом. Внезапное и часто непонятное возвышение ничтожных людей, говорит Реньяр, возможность сразу достигнуть самых высоких почестей и должностей, не проходя через все ступени служебной иерархии, разве всего этого не достаточно, чтобы если не вскружить головы, то, по крайней мере, придать бреду особую форму и направление? Горделивым помешательством страдают многие политики, банкиры, предприниматели, журналисты, писатели, музыканты, художники и артисты. Проблема осложняется тем, что настоящие гении тоже часто бывают сумасшедшими, ибо сама гениальность – явление ненормальное. Авторы произведений, представленных в данной книге, пытаются найти решение этой проблемы, определить, что такое «синдром гения». Их теоретические рассуждения подкрепляются эпизодами из жизни общепризнанных гениальных личностей, страдающих той или иной формой помешательства: Моцарта, Бетховена, Руссо, Шопенгауэра, Свифта, Эдгара По, Николая Гоголя – и многих других.

Чезаре Ломброзо , Поль Валери , Вильям Гирш , Гастон Башляр , Альбер Камю

Философия / Учебная и научная литература / Образование и наука