Читаем Позывные — «02» полностью

— С днем рождения тебя, дорогой, — крепко пожав руку Арслану, сказал Манукян и протянул длинную узкую коробку. — Извини, подарок с нагрузкой.

— Спасибо, — хмуро бросил Арслан, рассеянно глядя на галстуки. — Откровенно говоря, я ждал от тебя другого подарка.

— Чем богаты… — невозмутимо отпарировал Манукян. — Дареному коню в зубы не смотрят.

— Ладно. Черт с тобой, приходи вечером.

— Вот это мужской разговор! — довольный Манукян сел и занялся изучением собственных ногтей.

— А здесь что? — Туйчиев развернул сложенный вчетверо листок, который лежал на галстуке.

— Я же говорил тебе — нагрузка.

Это была квитанция на ремонт магнитофона «Филлипс» № 713428, принятого мастерской от Лялина В. Т.

— Молодец! Нашел — обрадовался Арслан и погрозил ему кулаком. — Ты начинаешь входить в форму, Манукян. Так держать.

Ровно в четыре в дверь заглянула Вера Петровна.

— Арслан Курбанович, Лялины пришли.

— Пусть войдут.

Высокая молодящаяся дама в модной импортной шубе, с красивым, но сильно располневшим лицом, заметно нервничала.

Ее сын, худенький паренек лет пятнадцати, большими серыми глазами с нескрываемым интересом смотрел на следователя.

— Садитесь, пожалуйста, — Туйчиев достал бланк протокола допроса.

— Может быть, мальчика можно оградить? Я сама в состоянии ответить на все интересующие вас вопросы. В его возрасте это такая психическая травма. — Лялина поправила прическу. — Я хотела взять с собой супруга, но он в командировке в Москве. Ведь он директор завода, вы знаете?

— Мама! — умоляюще произнес сын.

— К сожалению, оградить от вопросов вашего сына нельзя. Обещаю, что никаких психических травм он не получит. Но сначала вопрос к вам. У вас был магнитофон?

— Почему был? — обиделась Ольга Дмитриевна. — У нас есть магнитофон.

— Давно купили?

— Месяца два назад, кажется.

— А до этого у вас не было магнитофона?

Лялина замялась. Она зачем-то открыла сумочку, порылась в ней, закрыла снова, посмотрела в окно.

— Можно мне?.. — встрял Лялин-младший, но мать перебила его:

— Подожди. Я сама. Конечно, у нас и раньше имелся магнитофон.

— Какой марки?

— Право, я не знаю.

— «Филлипс», — подсказал сын.

— Где вы приобрели его?

— В комиссионном, около вокзала. Там наш знакомый работает, Брискин.

— Вы его ремонтировали?

— Да, вроде…

— Это квитанция на ремонт вашего магнитофона? — Туйчиев протянул Лялиной квитанцию.

— Наверное.

— Ну, теперь расскажите, где ваш старый магнитофон?

— Мы его продали. — Ольга Дмитриевна смотрела на следователя ясными глазами.

— Кому?

— Совершенно посторонним людям, я их не знаю.

— За сколько?

— Не помню сейчас, кажется…

— Мама! — громко перебил Венька. — Зачем ты так… Никому мы его не продавали, я сейчас все расскажу…

В тот ветреный декабрьский день Венька, забрав из мастерской магнитофон, лениво брел по скверу. Когда первые капли дождя упали на землю, он забежал в телефонную будку. Через мгновение ливень уже хозяйничал на улице, низкие серые облака быстро плыли на запад.

«Светопреставление какое-то, — думал Венька, — и, кажется, надолго». Он повесил магнитофон на крюк под телефоном, порылся в кармане. Двухкопеечной не оказалось, пришлось опустить гривенник.

— Слушаю, — послышался в трубке женский голос.

— Капитолина Андреевна? Здравствуйте. Это Веня. Наташа дома?

— Здравствуй, — ответила Наташина мать. — Ее нет.

— Извините. Я попозже позвоню.

Дверь будки открылась, и рядом с Венькой очутился высокий юноша в синей куртке. Не обращая внимания на Веньку, он протянул руку к телефону. Венька попытался выйти из будки, и только теперь, кажется, парень заметил его. Сузив глаза, он улыбнулся Веньке, загородив собой дверь.

— Подожди, абитуриент. Сначала помолись: сейчас буду бить, — предупредил он и сочувственно добавил: — Ничего не попишешь, так надо.

— Да ты что? Пусти…

Сердце у Веньки застучало быстро и глухо. Предательски выдавая испуг, задрожало левое веко.

— Ладно, — внезапно сменил гнев на милость парень. — Обойдемся без мордобоя. Не правда ли?

Он снял с крюка магнитофон. Затем стянул с себя куртку, больно задев локтем Венькин нос, и завернул магнитофон.

Зажатый в угол, Венька не шевелился, только тяжело дышал.

Парень молниеносно разобрал трубку, вынул мембрану.

— В случае нападения звоните «02», — посоветовал он Веньке и вышел в поток ливня, который уже переходил в снег. Где-то у поворота, увидел Венька, к нему присоединились еще двое ребят, и все вместе они укатили на подошедшем троллейбусе.

— …Я очень жалею, что Веня рассказал вам все, теперь его затаскают по судам, а я буду жить в страхе, что ему отомстят. — На глазах Лялиной показались подкрашенные черной тушью слезы. — Никаких претензий мы не имеем. Прошу занести это в протокол.

«А ведь страх перед грабителями — тоже наша вина. Как часто приходится продираться сквозь это унизительное чувство в поисках истины. И как обидно, что преступник нередко рассчитывает именно на страх, который служит ему панцирем от карающего меча правосудия», — подумал Арслан.