Читаем Поверить Кассандре полностью

– Мы с супругой, а также наши дети – все добропорядочные и законопослушные граждане США, мирно следовали в Европу на норвежском пароходе, – тоном заправского оратора объявил Троцкий. – В канадском порту Галифакс нас по неизвестной причине схватила полиция и препроводила в лагерь для интернированных моряков германского торгового флота. К счастью, через несколько дней всё разъяснилось, и мы смогли продолжить путь. Что касается причины ареста, то она покрыта туманом.

– Чем вы собираетесь заняться в России?

– О-о, я приехал по приглашению председателя правительства князя Львова, который таким образом отметил мои заслуги перед Россией в борьбе с царизмом. А займусь я одним: продолжу мою общественную деятельность.

– А вы, госпожа Троцкая?

– Моя фамилия Седова! – сказала женщина низким голосом. – Я последую за мужем, куда бы он ни направился.

– А…? – кто-то из корреспондентов попытался обратиться к мальчикам, но старший из них сделал страдальческую гримасу и показал фигу. В следующий момент и младший ребёнок в точности повторил жест брата.

Представители прессы продолжали задавать вопросы, Лев Давидович отвечал на них со скучающим видом, а взгляд его, тем временем, бесцельно блуждал по окружающим пространствам. Вдруг в толпе обнаружилось знакомое лицо – невысокий человек с бородкой, в котелке, стоял у фонарного столба и смотрел с внимательным прищуром. Обнаружив, что его заметили, человек в котелке многозначительно кивнул.

Лев Давидович дождался, когда журналисты закончат и уберутся восвояси, попросил жену позаботиться о багаже, а сам направился к ожидавшему его господину.

– Рад видеть, Влади…, – начал Троцкий, но тут же был остановлен.

– Ш-ш, – прошипел человек в котелке. – Извольте называть меня как в былые времена – Стариком.

– О-о, – закатил глаза Троцкий. – От кого теперь-то прятаться?

– Конспи’ация, конспи’ация и ещё ’аз конспи’ация, – немного картаво, но очень твёрдо заявил именующий себя Стариком. – В России не всё так просто, как кажется, дорогой товарищ. Эти соглашатели из исполкома Петроградского совета уже объявили меня в’едителем, а в будущем я опасаюсь ареста.

– Узнаю вас прежнего, – широко улыбнулся Троцкий. – Что до меня, то после бесславной кончины незабвенного учителя, доктора Папюса, испытываю всяческую неприязнь к разного рода маскарадным атрибутам. Надоело, знаете ли… Теперь я просто Лев Давидович Троцкий, чья жизнь на виду у всех.

– Да, я прежний, – с вызовом ответил картавый, – Поэтому нисколько вам не верю.

– Оставьте прежнюю вражду, – приязненным тоном попросил Лев Давидович, – У нас много общего, Старик.

– Как же, – дёрнул бородой недоверчивый любитель конспирации. – А куда прикажете деть разницу – вы п’иехали сюда первым классом, а мне пришлось добираться в запечатанном и опломбированном вагоне.

– Неужели? – неискренне удивился Лев Давыдович. – И как оно было?

– Чувствовал себя, словно ахейский ге’ой Одиссей в ч’еве Троянского коня.

– Скажите на милость, деревянный вагон…, деревянный конь… А что, забавная у вас вышла метафора. Там что – совсем без удобств, ну хоть по нужде имелось куда сходить?

Старик сердито посмотрел на собеседника, но промолчал.

– Не обижайтесь, – попросил Троцкий. – Я не со зла… К тому же, моё путешествие – тоже не стало приятным. Канадский лагерь для интернированных –- то ещё местечко.

– Кстати, на самом деле, как вам удалось так быстро оттуда выбраться? – проявил законный интерес Старик. – Честно говоря, с трудом п’едставляю…

– О-о, сейчас постараюсь живописать всю картину, – ухмыльнулся Лев Давидович. – Только представьте, меня снимают с парохода, хамят. Я прошу встречи с властями и получаю аудиенцию у одного полковника из канадской контрразведки – монокль, перчатки – сущий пудель, одним словом. Спрашиваю: за что меня арестовали? А он мне: по ходатайству английской разведки, так как стало известно, что вы направляетесь в Россию для подрывной деятельности в пользу Германии. Я ему: «Не имеете права, я – американский гражданин!», а он в ответ: «Дьявол вы, а не гражданин…» Ну, думаю, раз пошёл такой разговор, следует переходить на иной язык. Спрашиваю: что нужно для того, чтобы меня отпустили? Полковник давай с самодовольным видом загибать пальцы: во- первых, приглашение от российского правительства, во-вторых, согласие на моё освобождение от английской разведки, в-третьих, коль уж я гражданин США, личное обращение к канадским властям от американского президента. Видели бы вы физиономию этого полковника, когда по прошествии короткого времени ему предоставили всё перечисленное, включая депешу от президента Вудро Вильсона. Что, хотите узнать, как мне такое удалось?

– Нет, не хочу, – собеседник снял котелок и промокнул платком обширную лысину, всю покрытую потом. – И так понятно: ваша связь с тайными ми’овыми о’ганизациями общеизвестна, знаете ли…