Читаем Посреди ничто полностью

Она делала что-то сложное из предметов, которых мы не могли разглядеть. Демари, несмотря на мои протесты, настоял, что нам надо на это посмотреть, так что мы отделили часть наших топливных запасов. Мы швыряли маленькие куски горящего дерева через расселину, и когда они ударялись над фигурой, то освещали ее дождем искорок и светом бледно голубого пламени. И в этом свете, длившемся мгновения, мы увидели, разумеется, марсианина. Но мы так и не смогли разглядеть, чем он занимается.

С рассветом пришел ветер, но марсианин оставался на своем посту. Потом наконец-то пришел дневной свет. Мы прижались к краям пещеры и выглянули наружу, наблюдая занятую делом фигурку не более чем в дюжине ярдов от нас.

Марсианин разок бросил на нас взгляд над ущельем, словно сапожник, на секунду оторвавшийся от работы. И так же безэмоционально марсианин вернулся к своему занятию. Это была странная комплексная конструкция из палок и кусков камня, по крайней мере, так казалось на расстоянии. Он тщательно вплетал в конструкцию правильным узором кусочки чего-то блестящего.

Демари посмотрел на меня и, облизнув губы, спросил:

— Ты думаешь то же, что и я, Уилл?

Я кивнул. Это было какое-то оружие, ничем другим это быть не могло. Возможно, это проектор молний, которые уничтожают пескоходы, или золотого сияния, ударившего по нам среди дюн, а может быть это какое-то еще более смертоносное марсианское устройство. Чем бы это ни было, оно прямой наводкой целилось в нас, и, когда он закончит, мы — покойники.

Демари прошептал:

— Нам надо убираться отсюда.

Вопрос был в том, хватит ли у нас времени? Мы схватили наши пламенные винтовки и ранцы, лежавшие у дальней стены пещеры, и, глядя в страхе на деловитого марсианина на той стороне пропасти, рванули к выходу из пещеры. И как раз вовремя, чтобы заметить то, что поначалу показалось процессией, спускающейся вниз с другой стороны. Это был какой-то торнадо, несущийся со скрипом и скрежетом. Так сразу и не скажешь, то ли это была орда марсиан, то ли хлопающий траками пескоход. Мы пригляделись — это было ни то, ни другое.

Это был доктор Солвейг.

Марсианин на той стороне увидел его одновременно с нами и стал медленно поворачивать свою конструкцию из частей и кусков чего-то в его сторону.

— Эй! — вскрикнул Демари, мой вопль был таким же громким. Мы должны были предупредить Солвейга о том, к чему он бежал, — смерти и разрушению.

Но Солвейг знал больше нашего и мчался вниз по карнизу с той стороны расселины. Он чуть притормозил только для того, чтобы взглянуть в нашу сторону и на марсианина, затем побежал вновь.

— Камни! — заорал Демари прямо мне в ухо. — Бросай в него камни!

И мы на пару стали лихорадочно искать в осколках булыжники, чтобы швырять ими в марсианина, чтобы сбить ему прицел.

Мы напрасно суетились. Ничего смертоноснее мелких камешков мы не нашли, но и они нам не понадобилась. Марсианин сделал осторожную последнюю настройку своего приспособления, толкнул его раз, два раза надавил и, очевидно, нажал на спусковой крючок.

И ничего не произошло. Ни искры, ни пламени, ни выстрела. Солвейг безоружным небрежно шел на марсианина.

Демари был изумлен, я тоже. Но наше общее изумление ни в какое сравнение не шло с изумлением марсианина. Он налетел на свое устройство, словно хвостовой стрелок самолета, у которого заклинило пулемет под налетом вражеских перехватчиков. И пока он с ним копался, Солвейг настиг его и в методичной, почти властной манере распинал марсианскую конструкцию в пух и прах и позвал нас:

— Спокойно, ребята. Здесь они не могут причинить нам вреда. Поднимайтесь наверх.

Дорога в Ниобе была долгой, особенно с громоздким приспособлением, которое нашел Солвейг. Штуковина размером со станковый пулемет, с устройством, состоявшим из таких же деталей и частей, которые складывал вместе марсианин, но сделанных из металла и кристаллов, а не дерева и камня.

Но мы дошли, все четверо — Гарсию мы подобрали возле застопоренных пескоходов, он на радостях жутко ругался, но в целом был в порядке. Солвейг был не слишком разговорчив и, разумеется, был прав. Самое главное было как можно быстрее вернуться в Ниобе вместе с этой хитроумной диковинкой. Поскольку диковинка эта была тем самым оружием, которое нацеливалось на пескоходы, то, чем скорее наши механики разберут его по винтику, тем скорее мы узнаем, как от него защититься. Мы долго шли домой и выдохлись, но мы ликовали. И на то была причина, потому что ни у кого из нас не было и тени сомнения, что неделей позже, после того как мы отдадим оружие ученым, мы сможем совершенно безопасно пользоваться пескоходами на марсианских просторах. (На самом деле неделя не понадобилась, гораздо меньше. В прицельном механизме не было ничего такого же сложного, как радио, — это была самонаводящаяся термопара, срабатывающая на повышение температуры. Мы с этим справились, прикрыв двигатель и выхлопные трубы щитами, чтобы отвести огонь).