Читаем Последний койот полностью

— Э-э-э… Нет, спасибо, ничего не нужно. Я… Вы хотите, чтобы я называл вас новым именем?

Она рассмеялась от нелепости всей ситуации, и он засмеялся тоже.

— Да зови ты меня как хочешь. — Она снова засмеялась звонким девичьим смехом, точно так же как смеялась много лет назад. — До чего же я рада тебя видеть! Видеть, как ты… каким ты… мм…

— Каким я стал?

— Наверное. — Она снова засмеялась. — Знаешь, я ведь была в курсе, что ты служишь в полиции. Видела твое имя в газетных новостях.

— Я знаю, что вы были в курсе. Мне передали открытку, которую вы отправили на адрес участка. Это, видимо, было почти сразу же после того, как умер ваш муж. Я… Простите, что я тогда вам не написал и не приехал. Я был не прав.

— Ничего страшного, Гарри. Я понимаю, что у тебя много дел по работе и вообще… Рада, что моя открытка до тебя дошла. У тебя есть семья?

— Э-э-э… нет. А у вас? Дети?

— Нет, детей у меня нет. Но ты-то хотя бы женат, да? Не может быть, чтобы такой красавчик и не был женат.

— Нет, у меня сейчас никого нет.

Она кивнула, похоже почувствовав, что он здесь не ради того, чтобы рассказывать о своей личной жизни. Долгое время они просто сидели и молча смотрели друг на друга. Интересно, что она на самом деле думала о его выборе профессии? Первая радость от встречи начала угасать, уступая место тревоге, поднявшей голову при мыслях о тайнах прошлого, готовых выйти наружу.

— Пожалуй…

Он не закончил предложение. У него не получалось нащупать способ начать разговор. И куда только подевались все его полицейские навыки разговаривать с людьми?

— А знаете, если это вас не слишком затруднит, я выпил бы воды.

Ничего лучшего ему придумать не удалось.

— Сейчас вернусь.

Она торопливо поднялась и вышла в кухню. До него донесся шорох кубиков льда, извлекаемых из формы. Это давало ему время подумать. На дорогу сюда у него ушел час, но ему даже в голову не пришло прикинуть, как это все будет выглядеть и как подступиться к тому, что он хочет ей сказать и о чем попросить. Вскоре она вернулась со стаканом воды со льдом. Протянув ему стакан, она положила на стеклянный столик перед ним пробковую подставку.

— Если хочешь чего-нибудь съесть, я могу принести крекеры с сыром. Я просто не знала, сколько у тебя вре…

— Спасибо, ничего не надо. Все отлично, спасибо большое.

Он вскинул стакан в благодарственном жесте и залпом выпил половину, после чего поставил обратно на стол.

— Гарри, поставь стакан на подставку. Я потом замучаюсь стирать следы со столешницы.

— Ох, простите, пожалуйста. — Босх посмотрел на то, что только что натворил, и переставил стакан на подставку.

— Так, значит, ты теперь детектив.

— Да. Я работаю в Голливуде… Мм… Хотя сейчас на самом деле не совсем работаю. У меня что-то вроде отпуска.

— О, так это же прекрасно.

Она, похоже, немного повеселела, как будто подумала, что его визит, возможно, и не связан с работой. Босх понял, что пора переходить к делу.

— Э-э-э… Мер… то есть Кэтрин, мне нужно задать вам один вопрос.

— Что это за вопрос, Гарри?

— Я вижу, у вас чудесный дом, другое имя, другая жизнь. Вы больше не Мередит Роман, и я понимаю, что вы не горите желанием, чтобы вам напоминали о прошлом. Вы… В общем, я пытаюсь сказать, что говорить о прошлом бывает сложно. Во всяком случае, для меня это так. И поверьте, я ни в коем случае не хочу сделать вам больно.

— Ты приехал поговорить о матери.

Он кивнул и устремил взгляд на стакан на пробковой подставке.

— Мы с твоей матерью были лучшими подругами. Иногда я думаю, что растила тебя практически наравне с ней. До тех пор, пока тебя не забрали у нее. У нас.

Он вскинул глаза на Кэтрин. Ее взгляд был обращен куда-то внутрь себя, как будто она погрузилась в давнишние воспоминания.

— Кажется, не проходит и дня, чтобы я о ней не вспомнила. Мы были совсем девчонками, молоденькими свистушками. Нам и в голову никогда не приходило, что кто-то из нас может пострадать. — Она резко поднялась. — Идем со мной, Гарри. Я хочу кое-что тебе показать.

Он двинулся следом за ней по ковровой дорожке коридора в спальню. Обстановка ее состояла из кровати с балдахином, застланной нежно-голубым покрывалом, дубового комода и таких же прикроватных тумбочек, на которых стояло несколько фотографий в резных рамках. На большинстве из них была запечатлена Кэтрин и какой-то мужчина на вид много ее старше. Наверное, муж. Она указала на одну, стоящую чуть поодаль справа. Снимок был старый, выцветший. На нем были две молодые женщины и маленький мальчик лет трех-четырех.

— Она всегда у меня тут стояла, Гарри. Даже когда мой муж был жив. Он знал о моем прошлом. Я ему рассказала. Его это не волновало. Мы прожили вместе двадцать три прекрасных года. Прошлое — это то, что ты позволяешь ему с собой сделать. Оно может испортить жизнь тебе или кому-то другому, а может сделать тебя сильным. Я стала сильной, Гарри. А теперь скажи мне, зачем ты ко мне приехал.

Босх протянул руку и взял с комода фотографию.

— Я хочу… — Он вскинул на нее глаза. — Я собираюсь выяснить, кто ее убил.