– Анна думала, что я могу исправиться. – Даже после всех этих лет эмоции захлестывали Тоби при упоминании моей мамы. – Ты правда думаешь, что она хотела бы, чтобы я сбежал от Иви?

Я почувствовала, как во мне зарождается всхлип.

– Вы могли бы рассказать мне, – с трудом сказала я. – О Блейке. О теле. О том, почему вы были так чертовски сильно настроены оставаться в тени.

Тоби, подняв руку к моей щеке, отвел от лица выбившуюся прядь.

– Я бы сделал столько всего по-другому, если бы мог прожить эту жизнь заново.

Я подумала о том, как говорила Джеймсону о судьбе и выборе. Я знала, почему Тобиас Хоторн выбрал меня. Я знала, что это было не из-за меня. Но в отличие от Тоби у меня не осталось сожалений. Я бы сделала все то же самое снова.

Игра Тобиаса Хоторна не сделала меня особенной. Она показала мне, что я уже такая.

– Мы увидимся снова? – спросила я Тоби срывающимся голосом.

– Блейк не собирается держать меня под замком. – Тоби подождал пока Алиса и Грэйсон сядут в машину, затем закрыл пассажирскую дверь и обошел грузовик с другой стороны. Когда он снова заговорил, его голос раздался с водительского сиденья: – И Техас не такой большой – особенно если смотреть с такой высоты.

Деньги. Влияние. Статус. Наши с Винсентом Блейком дороги, возможно, вновь пересекутся, как и с Тоби. И с Иви.

– Держи. – Тоби вложил мне в руку маленький деревянный кубик и завел грузовик. – Я сделал кое-что для тебя, негодница.

Это ласковое обращение едва не выбило меня из равновесия.

– Что это?

– Блейк не дал мне других развлечений, кроме дерева и ножа.

– И вы не воспользовались ножом? – спросил Грэйсон, сидя рядом со мной. Его тон ясно давал понять, какое использование он бы одобрил.

– А ты бы сделал это, – возразил Тоби, – если бы думал, что твой похититель мог добраться до Эйвери?

Тоби защищал меня. Он сделал кое-что для меня.

У вас есть дочь.

Даже две.

Я посмотрела на деревянный кубик в руке и подумала о маме, об этом человеке, о прошедших десятилетиях, трагедиях и коротких минутах, которые привели всех нас к этому моменту.

– Присматривай за ней, – сказал Тоби Грэйсону, когда в поле зрения появилась граница владений Блейка. – Заботьтесь друг о друге. – Журналистов разогнали, но Орен и его люди ждали нас там – как и Джеймсон Винчестер Хоторн.

Грэйсон увидел стоящего за воротами брата и ответил от имени обоих:

– Мы будем.

Глава 85

– Рыцарь возвращается с «девой в беде», – объявил Джеймсон, когда я направилась к нему. Он взглянул на Грэйсона: – Ты девица.

– Я догадался, – невозмутимо ответил Грэйсон.

– Что ты здесь делаешь? – спросила я Джеймсона, но на самом деле было неважно, почему он пришел, – главное, он здесь был. Я выиграла – в конце концов я выиграла, – и Джеймсон был единственным человеком на планете, кто мог понять, что именно я почувствовала в тот момент, когда увидела, что мой план работает.

Восторг. Возбуждение. Адреналин.

В момент, когда победа оказалась в моих руках, я словно стояла на краю самого мощного в мире водопада, рев которого заглушал все остальное.

Это было все равно что прыгнуть со скалы и обнаружить, что ты можешь лететь.

Все равно что Джеймсон и я, чем мы были вместе, и я хотела прожить все это снова с ним.

– Я подумал, тебя надо подвезти до дома, – ответил мне Джеймсон. Я посмотрела поверх него, ожидая увидеть Макларен, или один из «Бугатти», или «Астон Мартин Валькирию», но вместо этого я наткнулась взглядом на вертолет – поменьше того, на котором Орен привез меня сюда.

– Уверен, здесь нельзя сажать вертолет, – обратился к брату Грэйсон.

– Ты ведь знаешь, что лучше просить прощения, чем разрешения, – ответил Джеймсон, затем вновь посмотрел на меня знакомым мне взглядом, в котором одновременно читалось только попробуй, и я никогда не отпущу тебя. – Хочешь научиться летать?

* * *

Тем вечером я вертела в руках кубик, который дал мне Тоби. Мой палец зацепился за край, и я заметила, что кубик собран из сцепляющихся пластинок. Я медленно решила головоломку, разобрав кубик и разложив пластинки перед собой.

На каждой он вырезал слово.

Я

Так

Много

Вижу

В

Тебе

От

Твоей

Матери

И это вызвало во мне даже более сильные эмоции, чем момент, когда я обыграла Блейка.

* * *

На следующее утро, еще до того как все проснулись, я зашла в Большую залу и разожгла огонь в огромном камине. Я могла сделать это в своей комнате – или выбрать любой из десятка каминов в Доме Хоторнов, – но мне показалось правильным вернуться в комнату, где было зачитано завещание. Я практически увидела здесь призраков – всех нас в тот момент.

Я, думающая о том, как, должно быть, изменит мою жизнь наследство в виде нескольких тысяч долларов.

Хоторны, узнающие, что старик оставил все состояние мне.