Читаем Полуночный охотник полностью

– А я знаю. Моя наставница, акка Кэрр, владела заклинанием призыва «морской стены». Иногда воля колдуна или гнев морского бога поднимают море выше деревьев и гор. Оно встает на дыбы и идет на берег, сокрушая все на своем пути. Я сама не видела такого, хвала богам… Но в моем сне весь ваш лесной край стал одним кипящим котлом…

– Ты думаешь, такое возможно?

– Я не знаю! Но я должна подняться как можно выше, к самому небу, и воззвать к Кавраю, раз уж он не слышит меня внизу. О учитель шаманов, не позволь злому камню обратить мою корону во зло!

Кайя тряхнула головой, прогоняя пугающие видения.

– Я отдохнула. Давай-ка еще выше! Еще!

– Чайка, тебя шатает…

Кайя, не слушая, ухватилась за тот самый корень, на котором только что сидел Анка. Подтянулась, поставила ногу на выступ скалы…

И случайно взглянула вниз.

А-а-а! Мир перевернулся вверх ногами!

Руки и ноги враз ослабели. Кайя сорвалась и, кувыркаясь, полетела вниз. Крошечный живой комок среди ледяного воздуха, туч и вечных скал.

Свист крыльев, рывок – Анка подхватил ее, крепко прижав к себе. Кайя изо всех сил обхватила его за шею.

Вокруг свистел ветер, но ее поразила разница между маховыми перьями туна, жесткими и острыми, как железные ножи, и нежным теплым пухом на его груди. Кайя ослабила хватку и уткнулась лицом в короткие перья.

«О Моховая Матушка, о Даритель Душ! Я обнимаю нелюдя, летящего среди туч в полуночной стране духов и чудовищ… Почему же мне кажется, будто я попала домой?..»

* * *

Кайя спала, свернувшись клубком в плетеном гнезде. Над скалами сияло усеянное звездами небо. Ночь была пронизывающе-холодной, напоминая о том, что лето не вечно. Но Кайя не чувствовала холода. Ей снился сон.

Чудесный, волнующий сон! Синие сумерки, пронизанные рассеянным светом. Пространство колышется, переливается, вспыхивает и гаснет… Вверх, к незримому небу, бегут шустрые воздушные пузырьки… Каменная чаша, чьи края теряются в синей дымке… А в чаше сплелись клубком две огромные черные змеи, муж и жена. Они свиваются и скользят, нежно касаясь друг друга длинными гибкими телами. Они ласкают друг друга, упиваясь близостью.

Эти двое – величайшее сокровище друг для друга. Их плавный, медленный танец – неисчерпаемый источник жизни. Их глаза – желтые у мужа, синие у жены – неотрывно смотрят на супруга с гордостью, почитанием, восхищением… Они счастливы и беспечны. Даря друг другу наслаждение, они парят среди бескрайнего синего моря… Или это безмятежное летнее небо, полное сияющих звезд?

Кайя проснулась и увидела, что утренняя звезда глядит прямо в лаз гнезда, сияя среди розоватого рассветного неба. Девушка еще долго лежала, глядя, как одна за другой гаснут звезды, и улыбалась неведомо чему.

Кто эти змеи? Кажется, весь мир радуется их любви!

«Вот бы я стала туньей, – явилась Кайе мысль, которая уже не раз исподволь посещала ее. – Род Кивутар был бы моим родным племенем… Яннэ – наставницей и защитницей… Тиниль – любимой сестрицей… ах, как я мечтала о сестре, когда глядела на других детей сихиртя! И Анка…»

При мысли о нем Кайя опомнилась.

«Но я не тунья, – сказала она себе. – Род Кивутар – не мое племя и никогда им не будет. Уходите, напрасные мечты!»

Кайя сама не заметила, как снова задремала.

…Теперь ей снилась заснеженная тундра. Мела поземка, кое-где качались торчащие из снега сухие ветки. И небо, и земля непрерывно двигались, ползли снежными струями, вились белыми вихрями… Сколько таких пустынь преодолела Кайя в своем детстве!

Но нечто огромное упорно двигалось сквозь пургу, не сворачивая с пути.

«Ты не видела моего мужа?» – раздался голос из тьмы.

Кайя подняла голову и увидела, что с ней заговорила смуглая женщина, сидящая верхом на удивительном косматом чудище. Вся морда громадного зверя, казалось, состояла из одного длинного, тяжелого рога. Тело зверя терялось в пурге.

«Твоего мужа?»

«Его изгнали из этого мира. Огненная стрела пронзила его сердце… Где же он?»

«Но если его изгнали… верно, он мертв?» – робко проговорила Кайя.

Смуглая синеглазая женщина со шрамами на лице усмехнулась.

«Чепуха! Он не мог умереть. Он – корень этого мира, а из мрака корней рождается сама жизнь! Ему нельзя умирать! Поэтому я ищу его. Чтобы мир не погиб в огне его мести; чтобы мы снова стали счастливы…»

«Куда же ты?»

«На полночь, до самого последнего предела. И если не найду в этом мире – поставлю на краю земли вежу и буду его ждать…»

Когда Кайя окончательно проснулась, было уже совсем светло.

«Мне нельзя оставаться, – сразу подумала она, и решение ее было твердо. – Даже если туны примут меня, я всегда останусь бескрылой. Как сказал Анка, «птенец-подлеток…» Нет, моя судьба не здесь».

* * *