Со стороны двора кто-то выстрелил, и Уикенс, все еще держа в свободной руке «стэн», выстрелил в ответ. Аликс невольно отпрянула назад и уткнулась в плечо немцу. Двор осветила вспышка выстрела, и Аликс успела разглядеть удивленное лицо Джунипера. Как будто он сам не понимал, почему рука его ослабила хватку. Аликс потянулась в его сторону и позвала по имени, но успела лишь двумя пальцами схватиться за его пальто. Впрочем, удержать его она так и не смогла. Ворота распахнулись, и грузовик выкатил на дорогу. Уикенс куда-то исчез.

В следующий миг Фрэнк схватил рычаг скоростей и раз-другой потянул на себя, «опель» на мгновение вильнул в сторону, но, однако, быстро вернулся в прежнее положение и на всей скорости понесся по дороге. Аликс зажмурила глаза. Нет, они непременно разобьются. Однако Фрэнк оказался отличным водителем и не давал машине слететь в кювет. Уфф, кажется, пронесло. Аликс снова открыла глаза.

— Нужно вернуться обратно! — крикнула она.

Грузовик летел вперед, подскакивая на ухабах на неразмеченных перекрестках, и руль вибрировал в руках Фрэнка. Нет, он услышал ее, — в этом Аликс была уверена, — но назад так и не повернул.

Она положила руки на колени и переплела пальцы, испытывая ненависть к себе самой за то, что не сумела повлиять на Фрэнка, чтобы он остановил машину.

Адлеру было слышно, как «опель», набирая скорость, помчался по дороге. Он еще какое-то время лежал неподвижно, дожидаясь, когда машина отъедет на достаточное расстояние.

— Гауптштурмфюрер! — окликнул его чей-то голос. Адлер поднял голову и увидел протянутую ему руку. Он ухватился за нее и позволил эсэсовцу — пожалуй, нужно узнать, как этого парня зовут, — поднять себя с мокрой земли. Встав на ноги, Адлер принялся отряхивать с плаща грязь, вытирать лицо и отплевываться.

— Что дальше? — спросил юный эсэсовец. У него был странный, писклявый голос.

Адлер ничего не ответил, опасаясь, что его недавний испуг выдаст его, если он заговорит. Вместо ответа он приблизился к человеку, который свалился на землю с подножки только что умчавшегося грузовика.

Человек лежал лицом вниз, и Адлер сделал знак эсэсовцу, чтобы тот его перевернул. Держа в руке пистолет, Адлер, тем не менее, не стал стрелять и вместо этого попросил фонарик, который тут же получил в руки. Лежавший на земле был жив. Пуля лишь прострелила ему запястье. «Мне повезло», — подумал Адлер. Глаза раненого приоткрылись, он что-то прохрипел, кажется, позвал кого-то по имени.

Один из диверсантов. Вот оно, живое доказательство, которое требовалось Каммлеру. Доказательство того, что кто-то вознамерился похитить его бесценных «могильщиков». Но как доставить пленного диверсанта к Каммлеру, не имея машины? Нужно найти способ, чтобы добраться отсюда до Этрема, где, по словам этого говнюка Грау, имеется телефон.

— Saujude. Жидовская морда, — прошипел Адлер и наступил заляпанным грязью сапогом на раненую руку британского диверсанта. Тот пронзительно, едва ли не по-детски, вскричал от боли.

Затем Адлер приказал юному эсэсовцу оттащить англичанина в сарай и попытаться перевязать ему рану, чтобы пленный не истек кровью, а потом заняться Иссмером и Кляйном — в зависимости от того, кто из этих двоих еще жив. Дав задание, он пообещал скоро вернуться.

Чувствуя боль в ногах, Адлер проковылял к воротам, отдышался и, с трудом вытаскивая ноги из грязи, двинулся по раскисшей дороге. Он очень надеялся, что идет в нужном направлении.

Глава 18

Бринк нажал на тормоза. Грузовик дернулся и остановился. Его правое переднее колесо замерло рядом со змеившейся в траве узкой грунтовой дорогой. Бринк выключил мотор, и тот, издав последний рокочущий звук, замер. Сразу стало тихо. Тишину нарушал лишь стук капель, падавших на крышу «опеля» с ветвей соседнего дерева. В свете включенных фар был виден еще один отрезок раскисшей проселочной дороги, а шагах в двадцати впереди — то место, где дорога ныряла в темноту между трехметровыми стенами зеленой листвы.

— Куда мы отправимся? — спросил Бринк немца. Кирн сжимал в огромных руках автомат. От ствола исходил запах горячего металла. Немец не ответил. Похоже, он был глубоко погружен в собственные мысли.

— Мы должны вернуться к Джуниперу, — тихо произнесла Аликс. Это были ее первые слова за последние десять минут, после того как Уикенс слетел с подножки грузовика.

— Нет, — возразил Бринк, а про себя подумал: ни за что.

— Мы должны.

— Мы не можем, — подал голос Кирн. — Кто знает, сколько их там. — Он поводил стволом автомата. — Там наверняка люди Волленштейна. Больше об этой ферме никто не знает.

— Те самые, которые убили старика, — добавил Бринк.

Кирн беспокойно дернулся.

— Мне нужно выйти.