Читаем Полночь / Midnight полностью

— Твоё лицо кажется ему знакомым, — закончила я. — Лучше ему больше тебя не видеть.

Гэвин кивает в знак согласия, и не потому, что тот мог его узнать, а потому, что находиться в компании Уэльса ему вовсе не хотелось.

Я оборачиваюсь и замечаю в дверях Остина. Наблюдаю за тем, как он направляется в нашу сторону, одной рукой придерживая рыжего кота, а второй цветок жасмина.

Я сжимаю руки в кулаки у себя за спиной, пытаясь подавить нахлынувшую жалость.

Боже, всё, что сейчас происходит…просто отвратительно.

— Мистер Холланд, эти вещи могут быть полезны…

— На хер иди, — рык в сторону Гэвина.

Мои глаза округляются, а с губ слетает сдержанный смех, когда я замечаю реакцию Гэвина. Он в полном шоке.

Уэльс останавливается возле меня, почти не обращая внимания на брыкания кота в его руках. Тот явно передавлен в районе своего рыжего пуза и готов разорвать Остина к чертям собачьим, лишь бы тот его отпустил.

— И что теперь? — спрашивает у Гэвина, не у меня.

— Судя по тому, в каком виде Ваша квартира, — начал Гэвин, и по лицу Остина я поняла — его квартира не в лучшем состоянии, — Вам нужно новое жильё.

— Нахрена?

— Есть предположения, мистер Холланд, что в гостях у Вас побывали люди, замешанные в аварии. И они всеми способами пытаются убрать свидетелей и, таким образом, приостановить суд.

Боже, сколько слов…и сколько блефа.

— Что за беспросветная херня?..

Да, Гэв, что ещё за…

—…Они ведь выплатили деньги.

— Да, но не та сторона, на которую повесили большинство обвинений, — поясняет он.

Боже, как умело!

Гэвин в очередной раз поправляет пиджак, и только я знаю, что это признак его нервозности.

— Ну и где моё новое жильё? — вздымает бровь и наклоняется чуть вперёд.

— Мы…в поиске, — теперь он поправляет галстук. Неужели он попал именно под тот взгляд…под которым хочется раствориться на месте.

— В поиске? — холод. Ледяной холод, от которого, казалось бы, даже мне стало не по себе.— В поиске, блять, че…

— Мистер Холланд, — перебивает Гэвин. Он устал сражаться с его словесной атакой, поэтому тут же переводит взгляд на меня, — мисс Прайс на некоторое время приютит Вас у себя.

О боже.

Он действительно это сказал.

— Я что, ёбаный щенок, чтобы она меня приютила? — возмущённо. Он кидает на меня быстрый, как бы говорящий: «Не принимай близко к сердцу, это я для пущего эффекта».

— Можем предоставить Вам общежитие, — хмыкнул Гэвин. Блеф. Не было никакого общежития.

Губы Уэльса кривятся в отвращении, и он выпрямляется, будто для себя закончив этот бесполезный спор.

Слишком.

Слишком похожий на того, кого я никогда не забывала.

Поворачиваюсь к Остину и устало произношу слова, которые не хотела бы произнести ни разу в своей жизни:

— Садитесь в такси, мистер Холланд, поживёте пока что у меня.

— Я не буду этого делать, — срывается с его губ.

Звучит обидно.

Я приоткрываю рот, чтобы сказать хоть что-то, но он тут же перебивает меня, видимо поняв всё по моему выражению лица.

— Ладно.

Разворачивается, садится на заднее сиденье, кидает какую-то грубость водителю в ответ на замечание по поводу отсутствия переноски для кота, а затем выжидающе смотрит на меня.

— Я должна завтра быть в штабе, и не могу оставить его одного дома.

— Предлагаешь мне за ним присмотреть? — вздымает брови Гэвин. — Я пущу ему пулю в лоб при первой же попытке нахамить мне.

— Как по-взрослому, — фыркнула я.

Поправляю платье и собираюсь направиться в сторону машины, как меня хватает мужская рука.

— Что происходит, Джейд?

— Ты о чем? — действительно не понимаю я.

Секунда.

Две.

— Ни о чем, — отпускает руку и делает шаг назад. — Я позвоню тебе. Вечером.

Закусив губу, киваю, и направляюсь в машину, откуда Уэльс, прищурив глаза, наблюдает за Гэвином.

Мне кажется, что если мы задержимся здесь ещё на минуту, он обо всём догадается.

В какой нормальной социальной службе пострадавшего подселяют к социальному работнику? Что за бред, Гэвин? Ты бы себя со стороны послушал.

Ладно у Уэльса голова отбита, но не пройдет и дня, как он остынет и начнет осознавать весь абсурд данной ситуации.

Я должна с этим что-то сделать, причём завтра же.

— Ай, — всхлипнула я, отдернув руку, в которую успел вцепиться рыжий комок шерсти. — Держи своего друга от меня подальше, — чистое раздражение.

Смех.

Я оборачиваюсь на звук и замечаю его улыбку.

— Какого именно? — спрашивает он.

Что?

О, нет.

Всего секунды хватило, чтобы загнать меня в краску.

Я устало роняю голову в ладони и тихо выдыхаю, ощущая, как хвост этой лохматой живности лупит меня по спине.

Какой кошмар.

На что я подписалась? И…что будет дальше?

Они знают, что он жив. Они знают его новое имя.

Они легко вычислять, что он летал в Шотландию…со мной.

А затем пробьют адрес моего дома. Придут и убьют нас обоих.

 — Приехали, — говорит водитель, и я поднимаю голову.

Уэльс смотрит на меня с неким подозрением. Затем оборачивается, зачем-то взглянув назад. Влево, вправо.

— Да, я живу в двух кварталах от тебя, — выдыхаю я.

— Удобно, — это всё, что он говорит по дороге ко мне домой.

Я отпираю дверь, а затем толкаю её и делаю несколько шагов вперёд. Меня тут же встречает радостный лай маленького щенка, заставивший меня замереть.

Нет.