Я считаю дни на пальцах, и уже к шестнадцатому – на середине месяца – сомневаюсь, что на тридцать первый получу миллион. Но я в долгу перед отцом, мне нужно разобраться.

Я продолжаю. Шестьдесят пять тысяч пятьсот тридцать шесть на семнадцатый день; сто тридцать одна тысяча семьдесят два – на восемнадцатый; двести шестьдесят две тысячи… – и вдруг остаток суммы от меня ускользает. Без ручки и бумаги трудно справиться с цифрами.

Ладно, пусть у меня нет ручки, зато имеется гвоздь. Иду в ванную и принимаюсь считать с самого начала. Когда дохожу до восемнадцатого дня, запоминаю число – сто тридцать одна тысяча семьдесят два – пока царапаю «19» на двери. Затем мысленно удваиваю число, которое запомнила, и вывожу рядом с «19» – «262 144».

Я продолжаю. Под цифрой «19» я нацарапала «20», затем рядом с ней – «524 288». Я уже собираюсь умножить и его, когда понимаю, что дошла до отметки в полмиллиона.

Сажусь на унитаз и хмуро смотрю на дверь. Наверное, я где-то ошиблась, не может быть, чтобы к следующему, двадцать первому, дню сумма стала уже больше миллиона. Пересматриваю все с первого дня и прихожу к тому же результату. Меня охватывает волнение. Я продолжаю подсчеты.

21 – 1 048 576

22 – 2 097 152

23 – 4 194 304

24 – 8 388 608

Шагаю назад, недоверчиво глядя на цифру, которую только что нацарапала на двери. Если Джетро Хоторп заплатит выкуп на двадцать четвертый день нашего плена, ему придется отдать похитителям более восьми миллионов фунтов.

Я устала писать разборчиво, пальцы ноют, но я не останавливаюсь. Дважды свет гаснет, дважды я включаю его заново.

25 – 16 777 216

26 – 33 554 432

27 – 67 108 864

28 – 134 217 728

29 – 268 435 456

30 – 536 870 912

Дрожа всем телом, заканчиваю вычисления.

31 – 1 073 741 824

У меня перехватывает дыхание. Тридцать первый день: более миллиарда фунтов.

44

Прошлое

Я читала книгу в гостиной, когда услышала, что машина Неда отъезжает от дома. Вскочив с дивана, я подбежала к окну и увидела: он сидит на переднем сиденье рядом с Хантером.

С тех пор как мы вернулись из Вегаса, Нед впервые уехал из дома. Воспользовавшись шансом, я выбежала в сад, обогнула дом и помчалась по подъездной дорожке; гравий обжигал босые ноги. Но ворота уже закрылись. Я пошла вперед, пытаясь отыскать место, где можно взобраться по гладкой стали. Но зацепиться было не за что.

– Кэролайн! – прокричала я.

Ответа не последовало. Похоже, даже журналисты разъехались, хотя Нед утверждал, что они все еще толпятся снаружи. Очередное вранье.

Я попыталась еще раз.

– Помогите! Кто-нибудь может помочь?

По-прежнему ничего. Я кричала снова и снова, бродя вдоль стены, но никто не пришел мне на помощь. В подавленном настроении я вернулась в дом.

Каждый день я ждала наверху лестницы, надеясь услышать, что пришла Кэролайн, которая у парадной двери выкрикивает мое имя и требует встречи со мной. Возможно, она уже пыталась, но Хантер не пропустил ее за ворота. Кстати, о самом Хантере… За восемь дней моего пребывания здесь он ни разу не заглянул меня проведать. Я страдала от того, что не могу ему все объяснить. Но зачем Хантеру искать со мной встречи, если он верил, будто я счастлива в браке с Недом?

Я успокаивала себя тем, что Кэролайн не отказалась бы от меня. Если ее прогнали, это только подтвердит то, что ей и так уже было известно: происходит нечто странное. В следующий раз Кэролайн вернется с Дэниелом, а еще лучше – с полицией.

Я уже собиралась отправиться в гостиную, но потом вдруг решила взять книгу из библиотеки Неда. Я никогда не спрашивала у него разрешения – предполагалось, будто я вообще не знаю, что в доме есть библиотека. Я вошла и начала разглядывать полки. Там были книги о Вселенной, об искусстве и труды по истории мира.

Я как раз толкала передвижную деревянную лестницу по полу, чтобы добраться до томов с верхних полок, когда услышала, как шумит мотор подъезжающей машины.

Я подскочила к окну: Нед и Хантер уже вернулись. Меня охватила паника. Нужно было немедленно уходить, бежать в свою спальню, пока Нед не застукал меня в библиотеке. Но не успела я двинуться с места, как увидела, что кто-то вслед за автомобилем хозяина протискивается в закрывающиеся ворота.

Я узнала ее тут же – это была Лина. Мое сердце подскочило – неужели Кэролайн отправила к Хоторпу подругу, надеясь, что та сможет лучше повлиять на Неда?

Машина затормозила у парадного входа. Выскочил Хантер, открыл пассажирскую дверь и, не дожидаясь, пока Нед выйдет, поспешил навстречу Лине. Она что-то кричала Неду, когда тот выходил из авто, но Хантер придерживал ее за руку, не пуская дальше.

Нед не потрудился даже бросить на Лину взгляд, просто вошел в дом, будто ее на улице вовсе не было. Я смотрела не отрываясь, Лина стряхнула руку Хантера и побежала за Недом, прижимая к груди свою неподражаемую красную сумку. На фоне серого гравия ярко мелькали красные туфли на высоком каблуке.

Хантер перехватил ее, когда она оказалась у входной двери. Охранник торопливо заговорил с ней, пытаясь увести от дома. Но Лина кричала, не слушая его.

– Дай войти, Хантер! Я хочу ему кое-что сказать!