Хватаюсь за край двери, проскальзываю мимо него, тяну за собой створку, нащупываю ключ – он там. От облегчения все тело охватывает слабость. Дрожа, закрываю дверь, поворачиваю ключ, слышу щелчок, готовлюсь услышать гневный вопль. Но ничего не происходит, и на миг тишина меня смущает. Почему он не протестует? Он уже понял, что я сделала. Поборов страх, заставляю себя шевелиться.

Осторожно пробираюсь по темному коридору, ощупывая пальцами стену, часто и прерывисто дышу. Доносится звук – это дребезжит дверная ручка. Я напрягаюсь, ожидая крика. Но его нет.

Ускоряю шаг, и дальше на стене нахожу дверной косяк. Я шагаю вперед и встаю к двери лицом, исследую поверхность руками. Две створки, двойные двери, которые в моем воображении ведут в огромную комнату, какую-нибудь гостиную. Веду руками вниз, нахожу две ручки рядом друг с другом. Пробую обе, но двери заперты, и я, не желая терять время, продолжаю путь.

Продвигаясь дальше по коридору, вдруг замечаю тонкую полоску света на уровне пола. Сердце подпрыгивает в груди: должно быть, свет идет из-под двери, а за ней – комната, комната, где есть свет, а значит, есть и окно.

Иду на свет, подхожу к двери, отыскиваю ручку. Та поворачивается, и я толкаю створку. Свет – яркий, белый, искусственный – ослепляет меня. Опускаю голову, зажмуриваюсь, теряю драгоценное время. Но я не в состоянии открыть глаза, боль слишком сильна.

Заслоняю лицо ладонями, будто щитом, чуть-чуть приоткрываю веки, немного развожу пальцы, – и вижу стол, а за ним холодильник. Это кухня. Раздвигаю пальцы чуть шире; справа от холодильника – стеклянные двери; быстро иду к ним, все еще прикрывая глаза руками. Натыкаюсь на стул, обхожу его…

БА-БАХ! Стул с грохотом падает…

На голову мне что-то набрасывают, не капюшон, а одеяло, но не мой плед, а что-то другое, грубое, не такое мягкое. Меня хватает чужая рука, прижимая одеяло и заглушая протесты. Мои ладони все еще закрывают глаза, я пытаюсь пошевелить руками, но не могу. Мой вес смещается в одну сторону, ноги отрываются от земли. Я прижата к телу похитителя, чувствую ритм его шагов, когда он идет куда-то вперед.

Я извиваюсь, и мои ноги ударяются обо что-то твердое. Лихорадочно соображая, пытаюсь понять, куда похититель меня тащит, мы возвращаемся по коридору, к комнате, где меня держали, к двери в подвал, где держат Неда. Пожалуйста, пусть это снова будет моя комната, пожалуйста, не дай ему оставить меня вместе с Недом! Ужас овладевает мной, я брыкаюсь под одеялом. Но это ничего не меняет.

Мужчина останавливается, прижимая мое тело к себе. Отпирает дверь, мои ноги, бессмысленно болтающиеся в воздухе, снова обо что-то бьются. Чувствую, как меня наклоняют вперед и вытряхивают из одеяла, а потом всем телом ударяюсь об пол.

С трудом перевожу дух. Дверь закрывается.

22

Прошлое

Зазвонил телефон. Я посмотрела на время и нахмурилась. 7:10. Кто мог звонить мне в субботу в такой ранний час?

Номер не определился. Я ответила на звонок.

– Алло?

– Амели, это Нед. Извини, что беспокою так рано.

Я поспешно села и тут же проснулась. В голове теснилась тысяча вопросов. Он звонит, чтобы уволить меня? В выходные? Откуда у него мой номер?

– Нет, все в порядке, правда.

– Ты когда-нибудь была в Лас-Вегасе?

Я схватила ноутбук, решив, что Нед попросит навести справки об этом городе.

– Нет, никогда. Я никогда нигде не была. Даже не летала на самолете. – Мысленно я приказала себе заткнуться. Нед Хоторп позвонил не для того, чтобы послушать историю моей жизни.

– Серьезно?

– Серьезно.

– Ну, я вылетаю туда сегодня утром. Пол Мартин согласился дать нам интервью. Вернее, почти согласился, – добавил Нед.

– Вау, – восхитилась я, польщенная его «нам». – Потрясающе!

– Как я уже сказал, это не точно. Но я попытаюсь его убедить.

– Что ж, удачи.

– Не хочешь полететь со мной?

От удивления я широко распахнула глаза.

– В Вегас?

– Да.

– Серьезно?

– Серьезно, – засмеялся Нед. – Возможно, мне понадобится помощь, чтобы убедить Пола Мартина. Ты расскажешь ему, какой наш «Эксклюзив» замечательный журнал.

– А разве Жюстин не летит с вами?

– Она не может, улетает сегодня в Париж, чтобы взять интервью у Офелии Тесье для мартовского номера.

– О, класс! Она наконец-то согласилась?

– Да, ее агент позвонил вчера вечером. Теперь насчет Вегаса. Вылет в десять, сможешь собраться к восьми?

– Да. Думаю, да.

– Хорошо. Хантер тебя заберет. Надеюсь, паспорт у тебя есть?

– Да, есть. На сколько времени мы едем?

– На три-четыре дня.

С трудом сдерживая волнение, я перебрала одежду. Только успела принять душ, одеться и собраться, как в домофон позвонил Хантер.

– Уже спускаюсь! – отозвалась я, выкатывая чемодан из дверей.

Мы с Хантером несколько раз болтали с тех пор, как примерно месяц назад меня сбил самокат. Ну не то чтобы болтали, просто обменивались любезностями. Он определенно стал вести себя дружелюбнее, но я старалась не придавать этому слишком большого значения.