Читаем Подпасок с огурцом полностью

-- Очень известный художник. Когда я в начале пятидесятых приехал в Москву, то забрел однажды в антикварный на старом Арбате. Эти птички висели там на продаже и, как сейчас помню, стоили пятьсот рублей. Тогдашних, дореформенных. Теперь им цена минимум десять тысяч. Нынешних.

-- О-о... -- Руднева таращится на "Фламинго". -- Фантастика! И вы предугадали?

-- Приобрел их, к сожалению, не я -- мой будущий тесть.

-- Во всем мире все удивительно дорожает.

-- А знаете, почему? Наша Вселенная бесконечно расширяет-ся.

-- В каком смысле?

-- В самом буквальном, дорогая моя. Непрерывно расширяет-ся, расширяется и расширяется.

-- Перестаньте, -- хихикает Руднева.

-- Научно доказанный факт: Вселенная расширяется, а старых вещей не становится больше. Вот и дорожают. (Дура ты стоеросо-вая.)

-- Вы шутник.

-- Слегка, дорогая, слегка. Так чем могу служить?

-- Додик называл мне мастера, такая французская фамилия... да, Фабержье!

-- Фаберже, -- поправляет Альберт. -- Но Фаберже -- это серьезно.

-- Я знаю. Мне нужна хорошая подарочная вещь, Альберт Иванович. Для мужчины.

-- Ага... для мужчины...

-- Точнее -- для мужа.

-- Да, это точнее.

-- К годовщине нашей свадьбы.

-- А по какой он, простите, части? Продукты? Мебель? Авто-мобили?

-- Стройматериалы. И не он, а я.

-- Ха, это тоже серьезно! -- Альберт раззадорен. -- Обожаю красивых деловых женщин... Значит, Фаберже -- и никаких гвоз-дей?

-- Додик сказал, это будет действительно ценный подарок.

-- Очень ценный. И что вам мечтается? Портсигар? Пепельни-ца?

-- Вы покажите -- я выберу... Но лучше всего... нельзя ли у вас купить торшер? Честно говоря, я прямо как вошла, как увидела -- сердце упало... А?

-- Ми-милочка, -- урезонивает Альберт, -- здесь не базар. Вы в доме Боборыкина!

-- Ах ну, конечно, извините... Нет, лучше я повернусь спиной, он меня околдовал. -- Она отворачивается от торшера. -- Мы говорили о Фаберже.

-- Предложить вам на выбор нескольких? Вы смеетесь, доро-гая, одного добыть -- и то мудрено.

-- Но Додик сказал...

-- Ну кое-что на прицеле есть. Из наследства известной петер-бургской балерины, любовницы великого князя.

-- О-о...

-- Приходите, дорогая, в четверг. На боборыкинский четверг. Соберется, как всегда, цвет коллекционерства. Договорились?.. Очень приятно было познакомиться.

По дороге к двери Руднева останавливается и ласкает торшер.

-- Ах, что за красота, что за роскошь! Будь он поменьше, я бы просто украла, даю слово!

-- Ха, вы мне нравитесь! Послушайте, Альбина Петровна, жизнь коротка, а до ужина далеко -- не пообедать ли нам как-нибудь на пленэре? "Русская изба"? или "Иверия"?

-- С вами хоть сегодня!

-- Сегодня -- нет. Категорически занят.

x x x

Школьный класс. Альберт ведет урок астрономии. Со школь-никами он совсем иной: по-доброму улыбчивый, открытый и при всей шутливости тона внутренне очень серьезный. Ребята дер-жатся с ним свободно, дружески, слушают с интересом.

Дописав на доске очередную формулу, Альберт вытирает руки.

-- Так что происходит при вспышке сверхновой? Урнов?

-- Рождается большое количество электронов со скоростями, близкими к скорости света, -- отвечает светлоглазый мальчик. -- Они разлетаются во все стороны, в том числе и по направлению к нам.

-- И называют их?.. Марина?

-- Быстрые электроны.

-- Да, на этом мы остановились в прошлый раз. Быстрые электроны. Они чересчур шустры для нашей Галактики и, разуме-ется, их приводят в норму, чтобы не обгоняли других. Каким образом -- кто сообразит?.. Помалкивай, Синельников, догады-ваюсь, что знаешь.

-- Магнитное поле? -- раздается с задней парты.

-- Совершенно верно. Магнитное поле нашей Галактики тор-мозит быстрые электроны. Те, естественно, протестуют. Нечего улыбаться, они довольно громко кричат. Чем могут кричать электроны? Басом, тенором -- ну, шевелите мозгами... Ладно, Синель-ников, давай.

-- При торможении электроны испускают радиоизлучение на метровых и более длинных волнах, -- солидно поясняет Синель-ников.

-- Вот именно. Усвойте: радиоизлучение. На секунду отвлечем-ся. Вы не задумывались над вопросом, где во Вселенной "право", "лево", "верх" и "низ"? Нет? Я понимаю, в нашей жизни и то не всегда ясно, что взлет, что падение, что к добру, а что к худу. А вот в бездонном космосе есть объективное "право" и "лево" и даже, как считают некоторые астрофизики, есть "верх" и "низ". Теперь вернемся к электрону, который выброшен в этот мир. Жизнь его -- миг и исчезновение. А его -- кричи не кричи -- тормозят, да еще вынуждают вращаться. Надеюсь, вы помните, что все элект-роны вращаются. Одни в правую сторону, другие в левую. Как это называется? Ирина?

-- Забыла слово, Ал-Ваныч.

-- Левый спин и правый спин. Задолби, спрошу. Итак, левый спин и правый спин. Казалось бы, что за разница, вращайся, куда хочешь. Но закон несохранения четности говорит: нет! Два направо, три налево, пять направо, семь налево. У электрона нет свободы выбора.

-- Ал-Ваныч, значит, во Вселенной тоже больше крутятся налево? -юмористически замечает мальчишеский голос.