Читаем Подпасок с огурцом полностью

-- Ну... ну это, когда говорят: давай махнемся -- все, что у тебя висит на этой стене, на все, что у меня на той. Стенка на стенку.

-- Цель подобного обмена? Попрошу подробно и вразумитель-но.

-- Пожалуйста. -- Кипчак обрадован возможностью погово-рить наконец по-человечески. -- Видите ли, каждое квалифици-рованное собрание отражает некий принцип. Даже развесить картины нельзя тяп-ляп. Должна рождаться гамма в цветовом сочетании, определенное взаимодействие полотен. Я, например, стараюсь найти в стене центр тяжести для глаз, от которого уже пойдет движение к периферии. Ну, словом, тут разные соображе-ния, годами бьешься. И вот иногда наступает момент, когда все выстроено, и кончено -- ни убавить, ни прибавить. То есть приба-вить можно бы, но квартира не резиновая. Получается, надо остановиться. Для коллекционера немыслимо! Тогда разом идешь на большой обмен и опять при деле: выстраиваешь заново. Но некоторые полотна начисто выпадают, как, например...

-- Ясно, достаточно. С кем и когда вы произвели обмен "стенка на стенку"?

-- С Васей Кротовым из нашего же НИИ. Три месяца назад.

Зыков встает и поворачивает к Кипчаку "Подпаска", стоявше-го до тех пор лицом к стене.

Кипчак, не заметив поначалу разницы, смотрит на Зыкова, ожидая новых вопросов. Затем физиономия его приобретает недоумевающее выражение.

-- Позвольте... Это что же такое?..

x x x

Нарядное, полуцерковного типа здание Центральных рестав-рационных мастерских уже издали манит стариной. Сюда входят Зыков и Пчелкин -директор краеведческого музея.

В одном из внутренних помещений они застают художников-реставраторов: ласкового пожилого мужчину и молодую женщи-ну.

-- Здравствуйте. Следователь Зыков.

-- Все понятно, все понятно. Милости просим, -- улыбается художник и представляет женщину: -- Ирина Александровна, моя верная соратница. Вместе изучали обе ваши картины. Вер-нее, даже три, ибо одна, так сказать, совмещенная. Присаживай-тесь, пожалуйста.

-- Я попрошу вас популярно объяснить товарищу директору, к каким вы пришли выводам и каким путем.

-- Ирочка, поверните холст.

Женщина поворачивает "Инфанту", прибывшую из музея, лицом к сидящим.

-- Прежде всего, голубчик, -- говорит художник Пчелкину, -- мы проверили белила. Вплоть до двадцатого века художники поголовно пользовались свинцовыми белилами, иных не сущест-вовало. С появлением же цинковых белил свинцовые из обихода исчезли. Так вот, мы берем картину и в темной комнате освещаем ее кварцевой лампой. Свинцовые белила при этом выглядят белыми, а цинковые -- зелено-желтыми. Ваша картина, к сожале-нию, написана цинковыми, следовательно, в двадцатом веке.

-- Так просто? -- переспрашивает Пчелкин с некоторой даже иронией.

-- Методика отработана, мы часто устанавливаем датировку полотен.

-- А вы не могли бы наглядно продемонстрировать? -- просит Зыков.

Женщина кивает с готовностью.

-- Все под рукой. Хотите? -- обращается она к Пчелкину. -- Тогда пошли. Я возьму что-нибудь старое для сравнения.

Пчелкин бережно поднимает "Инфанту" и уносит вслед за художницей в соседнее помещение. Там гаснет свет.

-- Пусть полюбуется, ему полезно.

-- Бедолага, -- сочувствует художник.

-- Растяпа он! Если не хуже. Экспертизы у вас готовы?

-- Да, вот одно заключение, вот второе.

Он передает Зыкову акты экспертиз, затем поворачивает ли-цом к нему другое полотно. Это пресловутый "Подпасок". Расчи-щенный участок теперь значительно больше.

-- Обнорский был совершенно прав. Там, внизу, подлинный авторский слой. Там -- "Диего де Сильва Веласкес. 1599-1660". Взгляните, какие мягкие, свободные, разнообразно положенные мазки различной величины, формы и плотности.

Возвращаются художница и Пчелкин. С убитым видом он несет фальшивую "Инфанту".

-- Действительно что-то светится... по-разному... -- Тут Пчел-кин замечает "Подпаска". Взор его зажигается ненавистью и сами собой сжимаются кулаки. Неряшливый парнишка кажется ему почти живым врагом, которого хочется отлупить нещадно.

-- Это тот самый прохвост с огурцом?! И под этим пугалом огородным... Нет, этого просто не может быть!

-- Рад бы вас утешить, голубчик, да нечем. Мы и второй способ испытали -- рентгено-флуоресцентный. В разные периоды, види-те ли, один и тот же цвет, например, синий, достигался красками разного химического состава. Синий пигмент в вашей "Инфанте" содержит и железо, и кобальт. Художник употреблял красители современного фабричного изготовления.

-- Я не знаю про железо и про кобальт, но она же старая картина! -Пчелкин снова хватается за свою "Инфанту". -- Вы посмотрите -- на ней трещинки по всей поверхности. Возьмите лупу...

-- Без лупы вижу. Но ваши трещинки... Растолкуйте ему, Ироч-ка.

-- Есть несколько мошеннических приемов, с помощью кото-рых можно быстро состарить полотно, -- объясняет женщина. -- Например, пишут картину в тепле, потом выставляют за окно, потом снова в тепло. Иногда откроют холодильник и прямо к нему привяжут. Естественно, краски трескаются, но трещинки другие. Это, -- указывает она на "Инфанту", -- не след веков, а холодильное производство.

-- Не могу поверить, такая красивая!

x x x