Читаем Подо льдом к полюсу полностью

Осмотрев машинный отсек, я перешел в следующее, последнее помещение в кормовой части лодки — кормовой торпедный отсек. В самом конце отсека виднелись сферические крышки кормовых торпедных аппаратов. По обоим бортам вперемежку с запасными торпедами размещены койки и рундуки для пятнадцати членов экипажа. В одном из углов отсека — корабельная прачечная с электрической сушилкой. В другом углу оборудована небольшая лаборатория, в которой исследуются пробы на радиоактивную зараженность помещений лодки. Корабельный врач лейтенант Дик Арнест занимается анализом пленок-индикаторов, которые носит с собой каждый член экипажа. (Непроявленная пленка чувствительна к радиоактивным лучам. Потемнение пленки после проявления показывает степень радиации, полученной человеком, носившим эту пленку.) Доктор Арнест ведет строгий учет действия радиоактивного излучения на каждого члена команды. Интересно отметить, что зарегистрированная на «Скейте» наибольшая доза радиации, полученная кем-либо из членов экипажа, не превышает той, которую получает человек при рентгеноскопии зубов.

«Скейт» не смог бы в случае необходимости произвести срочный выстрел из кормовых торпедных аппаратов, так как около них оборудована импровизированная океанографическая лаборатория. Все свободное пространство занято деревянными ящиками с пустыми бутылками для взятия проб океанской воды. Здесь же установлен спектроскоп — прибор для определения рефракции, то есть способности морской воды преломлять лучи света, а также многие другие приборы для океанографических наблюдений и исследований. Всем этим хозяйством ведает старший в группе гражданских ученых, доктор океанографических наук Джин Лафон из Сан-Диего.

Осмотрев кормовой торпедный отсек и пожелав Лафону успехов в налаживании спектроскопа, я вернулся в машинный отсек и направился в носовую часть лодки.

Обычная подводная лодка, как правило, делится палубой на две части. Нижние помещения чаще всего используются для размещения различных запасов и аккумуляторных батарей. Более высокий корпус «Скейта» разделен палубами на три части. В двух верхних находятся жилые помещения и посты управления, помещения нижней части отведены для хранения различных запасов. Все помещения «Скейта», конечно, намного свободнее, чем на обычной лодке. На первой палубе расположены центральный пост, офицерские каюты и кают-компания; на второй — кубрики для команды, камбуз и душевые.

Большой кубрик, в котором столуется рядовой состав, никогда не пустует. Вот и теперь я застал в нем не менее десяти человек. Войдя в кубрик, я присел на минутку рядом со старшим боцманом Паулем Дорнбергом, непосредственным начальником всего старшинско-рядового состава экипажа лодки. Он ведает назначением старшин и матросов на дежурства и вахты, распределяет их по койкам и рундукам, следит за соблюдением командой формы одежды, чистотой и порядком в кубриках, обучает молодых матросов основам военно-морского дела.

— Ну как, Дорнберг, удалось вам распределить всех по койкам? — спросил я его.

— С этим делом пришлось немало повозиться, — ответил он, улыбаясь. — Вместе с гражданскими нас на лодке больше сотни. Тридцати человекам придется пользоваться «теплой койкой». Но ведь мы и не обещали, что они будут чувствовать себя здесь, как на «Куин Мэри»!

«Теплая койка» — это принятый на флоте термин, которым мы называем систему использования одной койки двумя людьми или, чаще, двух коек тремя людьми. Когда один из них на вахте, два других могут отдыхать. Это, правда, не всем нравится, но другого выхода нет.

Из матросского кубрика я прошел на камбуз. Стены и все оборудование этого помещения, площадью не более трех с половиной квадратных метров, сделаны из нержавеющей стали. Посредине стоит стол с кафельным покрытием. Оборудование камбуза позволяет обеспечить ежедневное трехразовое питание более ста человек.

У старшего кока Рэя Эйтена три помощника, но сейчас он хозяйничал один: камбуз маленький, и поэтому они работают посменно, совершенно не вмешиваясь в дела дежурного коллеги. В помощь дежурному коку ежедневно назначаются два младших матроса, которые выполняют черновую работу и обслуживают принимающих пищу.

Но обязанности Рэя Эйтена не ограничиваются только приготовлением пищи. Никогда не исключена возможность того, что командование задержит корабль в море на больший срок, чем предполагалось по плану. Поэтому, независимо от намеченной длительности похода, запасы продовольствия на подводных лодках рассчитаны не менее чем на шестьдесят суток пребывания в море. Это значит, что перед выходом «Скейта» в море Эйтен должен был закупить и разместить на лодке такое количество продовольствия, которое позволило бы обеспечить трехразовое питание более ста человек в течение двух месяцев.

Закупка продовольствия и правильное размещение его в хранилищах перед выходом в море — это прямые обязанности старшего кока. Выполнить эти обязанности не всегда просто, так как предупреждение о выходе в море поступает иногда совершенно неожиданно и времени на подготовку бывает недостаточно.