Читаем Подарок (СИ) полностью

— Сущая ерунда, — улыбнулся Граф, и Аллен понял, что эта улыбка не предвещает ничего хорошего, — просто во-первых, мне нужно будет, чтобы через неделю ты навестил меня в Ковчеге, нам надо будет кое-что обсудить... А во-вторых, так как у твоей Чистой Силы проблемы возникли из-за команды Апокрифа, а сама Чистая Сила умудрилась ещё и несколько мутировать, то есть один проверенный легкий способ избавиться от этой проблемы. Ты должен уничтожить Апокрифа.

*В тексте главы была использована “Колыбельная” Юнны Мориц.

====== Глава 21. Сумасшедшие планы и безумие прошлого. ======

Аллен был в шоке. Судя по выражениям лиц Шерила, Вайзли и даже Тикки, они тоже были в шоке. И только Граф выглядел довольным, как может выглядеть только он сам.

Только не паникуй, Аллен, возможно, это просто глупая шутка, ведь Тысячелетний Граф тот ещё юморист.

— И почему я это должен сделать? Как это сможет мне помочь? — медленно произнёс Аллен, на каждом слове одёргивая себя от того, чтобы сказать то, что он на самом деле думает обо всём этом.

— Дело в том, что… я вообще-то не умею объяснять подобные вещи…

— Хуже Одарённости вы всё равно не объясните, Граф. В чём дело? — вмешался Тикки, который впервые выглядел действительно серьёзно и почти взволновано. Аллена даже сразу же заинтересовало, а чего это он так? Беспокоится о том, что его собираются послать на верную смерть, или его так взбудоражило имя Апокрифа?

— Дело в том, что основной конфликт с его Чистой Силой произошёл из-за приказа Апокрифа, а отменить его можно, убив его..

— А почему именно я? — поинтересовался Аллен, проглатывая «Не терпится от меня избавится?»

— Потому что из-за мутации твоей Чистой Силы, так или иначе смерть Апокрифа не отменит его приказа. Этот приказ придётся уничтожать как повреждение Ноя. А Ной может избавиться от повреждений, нанесённых Чистой Силой, только самолично уничтожив эту Чистую Силу. Или поучаствовав в уничтожении.

Аллену показалось, что над ним смеются. Сейчас он, конечно, просто машина для убийств в своём человеческом обличии, но только не для Апокрифа с которым ему и предлагают сражаться.

— При всём моём неуважении, вы, что, свихнулись?

И Граф улыбнулся. А Аллен точно ощутил, что эта улыбка знаменует что-то ужасное. И только позже, сидя на подоконнике одного из многих окон Башни Ковчега, он наконец-то понял, почему Тысячелетний Граф улыбался. Аллен не чувствовал ни малейшего отторжения или негодованию к перспективе вылезти наконец-то из этой норы и поучаствовать в уничтожении Апокрифа. Он хотел этого и точно знал, что его Чистая Сила желала того же.

Всё вдруг стало так просто и складно.

Почему он не понимал этого раньше?

Это и значит быть Ноем?

Да, наверное да. И это было совсем не плохо. Совсем неплохо и не страшно, но немного безумно. Впрочем, зачем же бояться своего безумия, если можно просто жить с ним? Если это безумие такое приятное, в отличии от того, которое разъедает его сознание в обличии человека, если он впервые за долгое время наконец-то чувствует себя так хорошо, то почему бы и нет?

— Аллен! Привет!

К нему сзади подскочила Роад, чмокнув куда-то в макушку и тут же свесив свою мордашку сбоку.

— Ого! Я смотрю, Тикки время зря не терял!

Аллен раздражённо отвернулся, снова облизывая искусанные губы.

— В чём дело?

— У нас ужин! Ты вообще собираешься на него идти или нет?

— А что, можно не идти?

— Можно. Я просто попрошу Тикки, и он с удовольствием донесёт тебя на руках! — задорно улыбнулась девчонка.

Прав был всё-таки Тикки, Роад — зло изощрённое, хитрое, прячущееся в облике милой маленькой девочки. А это значит, что это зло ещё и на редкость обманчивое.

— Мне казалось, что ты на моей стороне.

— Мне просто показалось, что ты и сам не прочь.. поизмываться над Тикки до того, как всё-таки попасть в его сети. Или вовсе самому стать рыбаком. Что на это скажешь?

И у этого… создания абсолютно невинные глазки. Ну, прямо совершенно невинные, безобидные, смотрящие на тебя так искренно-искренно, что не поверить ей просто нереально.

— А тебе какое дело, а, Мечта? — кажется, он впервые назвал кого-то из Ноев этим именем.

— Ну, может быть мне просто скучно, а наблюдать за вами довольно весело. И к тому же ты всё-таки нравишься мне больше, чем Тикки. И не смотря на то, что мне нравится идея вашего романа, я остаюсь на твоей стороне. И вообще, должны же в этом сражении предоставляться хоть какие-то бонусы начинающим. Ну так что?

— Даже не знаю, — отозвался Аллен, понимая, что идея-то заманчивая, но самостоятельно, без чьей-то помощи мотать нервы Тикки интересней. — Я подумаю над твоими словами, Роад.

— Вот и отлично! — девочка громко хлопнула в ладоши и, обернувшись вокруг своей оси, поинтересовалась — а чего это ты один тут сидишь, тебе же вроде как запрещено?

— Там Узы в соседних комнатах что-то разгребают и типа меня сопровождают, — отозвался Аллен, махнув рукой в какую-то неопределённую сторону. — Может и им про ужин напомнить?

— Узы!! — сразу же громко закричала Роад, — а ну марш на ужин!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Странствия
Странствия

Иегуди Менухин стал гражданином мира еще до своего появления на свет. Родился он в Штатах 22 апреля 1916 года, объездил всю планету, много лет жил в Англии и умер 12 марта 1999 года в Берлине. Между этими двумя датами пролег долгий, удивительный и достойный восхищения жизненный путь великого музыканта и еще более великого человека.В семь лет он потряс публику, блестяще выступив с "Испанской симфонией" Лало в сопровождении симфонического оркестра. К середине века Иегуди Менухин уже прославился как один из главных скрипачей мира. Его карьера отмечена плодотворным сотрудничеством с выдающимися композиторами и музыкантами, такими как Джордже Энеску, Бела Барток, сэр Эдвард Элгар, Пабло Казальс, индийский ситарист Рави Шанкар. В 1965 году Менухин был возведен королевой Елизаветой II в рыцарское достоинство и стал сэром Иегуди, а впоследствии — лордом. Основатель двух знаменитых международных фестивалей — Гштадского в Швейцарии и Батского в Англии, — председатель Международного музыкального совета и посол доброй воли ЮНЕСКО, Менухин стремился доказать, что музыка может служить универсальным языком общения для всех народов и культур.Иегуди Менухин был наделен и незаурядным писательским талантом. "Странствия" — это история исполина современного искусства, и вместе с тем панорама минувшего столетия, увиденная глазами миротворца и неутомимого борца за справедливость.

Иегуди Менухин , Роберт Силверберг , Фернан Мендес Пинто

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / Проза / Прочее / Европейская старинная литература / Фантастика / Научная Фантастика / Современная проза
Кино
Кино

Жиль Делез, по свидетельству одного из его современников, был подлинным синефилом: «Он раньше и лучше нас понял, что в каком-то смысле само общество – это кино». Делез не просто развивал культуру смотрения фильма, но и стремился понять, какую роль в понимании кино может сыграть философия и что, наоборот, кино непоправимо изменило в философии. Он был одним из немногих, кто, мысля кино, пытался также мыслить с его помощью. Пожалуй, ни один философ не писал о кино столь обстоятельно с точки зрения серьезной философии, не превращая вместе с тем кино в простой объект исследования, на который достаточно посмотреть извне. Перевод: Борис Скуратов

Владимир Сергеевич Белобров , Дмитрий Шаров , Олег Владимирович Попов , Геннадий Григорьевич Гацура , Жиль Делёз

Публицистика / Кино / Философия / Проза / Прочее / Самиздат, сетевая литература / Юмористическая фантастика / Современная проза / Образование и наука