Читаем Под сенью пророчества полностью

'Слава Богам, успела!' — облегченно выдохнула она. Теперь остается только подождать, когда дождь пройдет да немного подсохнет, и можно возвращаться в деревню. А пока… девочка огляделась. Она находилась в странном узком, но высоком лазе — вроде коридорчика, конец которого терялся во тьме. То, что привело ее сюда, потянуло Лийку вперед, заставив ее поежиться: хоть она и не боялась темноты, но чувствовала себя в ней неуютно. Понюхав воздух и не обнаружив ничего странного, она вернулась ко входу, отломала пару веток посуше и, достав огниво, подожгла их. Подняла голову вверх, прошептав: мамочка, помоги — и решительно двинулась вперед.

Тени плясали по стенам пещеры, но Лиасса упрямо шла вперед. Проход оказался неожиданно длинным, так что она уже начала подумывать, что пора возвращаться, как вдруг он закончился. Девочка стояла перед чем-то вроде дверного проема, и ей вдруг показалось: сделай она еще шаг, и ничего не будет прежним… Страх на мгновение остановил ее, заставив отступить, а потом…

'Что я теряю? Все равно до меня никому дела нет, а если уйду… сдохну от любопытства! И вообще, мама не хотела бы, чтобы я струсила' — она закусила губу, глубоко вздохнула и сделала шаг, вытянув перед собой руку с факелом.

Она оказалась в довольно большой, почти округлой пещере. Но странным было не это, а то, что когда-то это место явно было обитаемым: у стены стоял небольшой сундучок, большой камень явно использовался вместо стола, а поменьше — как стул. Но не это привлекло внимание Лиассы: у стены поодаль на полуистлевшей медвежьей шкуре лежал скелет…

Передёрнув плечами, Лиасса аккуратно положила на «стол» заплечный мешок с драгоценными соцветиями, осторожно подошла и уставилась на скелет. Видно, покойник лежал тут давно — остались лишь голые кости. Покойник или… покойница? Судя по всему, это была женщина, уж больно длинные волосы были у нее при жизни. Девочка потрясла головой, удивившись собственному спокойствию: тут скелет, а ей ровно всё едино! Внезапно под светом факела что-то блеснуло, она поднесла его поближе и застыла, глядя на странное украшение на цепочке, провалившееся меж ребер. Руки буквально зачесались схватить его, и она осторожно потянула за цепочку, от чего скелет рассыпался кучкой костей. Через минуту, воткнув факел в щель среди камней, она принялась крутить в руках свою добычу.

Больше всего эта штука напоминала свернувшуюся змею, туловище которой искусный мастер изготовил из золота. Промежуток между «кольцами» был заполнен странными символами из серебристо-белого металла, а в центр украшения был вставлен тусклый серый камень. Лиасса дотронулась до него и тут же отдернула руку, с недоумением глядя на набухшую на пальце каплю крови. И как она ухитрилась пораниться? Капля сорвалась с пальца и упала на камень, и в ту же секунду он засветился изнутри алым светом. Девочка попыталась отбросить украшение прочь, но безуспешно: пальцы не разжимались. Впервые за всю свою жизнь ей стало так страшно, до сих пор она всегда могла хотя бы убежать, а тут… Перед глазами замелькали смутные тени — она не могла их различить, а руки сами собой поднялись, надевая цепочку на шею. То, что висело на ней, коснулось кожи под рубахой, и внезапно она ощутила нечто странное: сначала словно кто-то принялся рассматривать ее, будто кушанье на тарелке, а затем снисходительно потрепал по макушке. Амулет — теперь она уже не сомневалась в том, что это какая-то волшебная штука — нагрелся. Сначала это было ласковое тепло, словно она, промокшая под холодным осенним дождем, подсела ближе к печке. Но он продолжал нагреваться, все более обжигая кожу, впечатываясь в нее… Изо всех сил Лийка попыталась сорвать цепочку с шеи, безуспешно… «Дура я, дура… Так и помру здесь, как эта…» Боль стала нестерпимой, и девочка упала на колени, выгибаясь в приступе, и потеряла сознание, стукнувшись головой о камень.

Красивая женщина в белоснежном платье вскинула голову и быстро поднялась, шагнув к окну, выходящему на север. Ее движения были полны грации и изящества, несмотря на то, что была она явно не молода — об этом свидетельствовали седые пряди в некогда смоляных волосах. Огромные черные глаза под длинными ресницами уставились вдаль, казалось, женщина пыталась пронзить взглядом пространство, увидеть то, что происходит где-то очень далеко, за сотни миль от Кшасаэра. По ее губам скользнула легкая улыбка, и женщина прошептала:

— Пусть Богиня благословит твой путь, кем бы ты ни был…