Читаем Под моей кожей полностью

– Лидия, ты куда собралась? – Мелисса сидит на диване в позе лотоса, как всегда с книгой в руках, и улыбается. – Я ждала, когда ты проснешься. Будешь кофе?

– Я бы с радостью, родная, но мне срочно нужно домой. – Я тороплюсь. – Спасибо тебе, но мне пора. Родители волнуются.

Мелисса подходит ко мне.

– Что ж, ладно.

Она покачивается, ей неуютно, и я тоже это чувствую.

– Пока! – Я открываю входную дверь и переступаю порог.

– Лидия! – Я оборачиваюсь и вижу, что Лисса стоит в дверном проеме. – Все будет хорошо.

Ее губы растягиваются в легкой улыбке. Я киваю в ответ и топаю к своему авто.

– Дорогая, где ты была? – Мама стоит в прихожей – руки в боки, лицо недовольное.

– Я же оставила записку! Ты бы хоть изредка заходила на кухню! – Я бросаю сумку на тумбочку и бегу вверх по лестнице.

Я запираю дверь в свою комнату на ключ и, сняв обувь, плюхаюсь на кровать. Не хочу ни о чем думать, не хочу ничего писать в дневник. Уже почти одиннадцать вечера, и я решаю просто посидеть перед телевизором, переключая каналы один за другим. Затем я тихо засыпаю.

Проснувшись около часу дня, я снова вспоминаю, что Крис сделал со мной. Я в полном замешательстве: и что мне теперь делать? Я не нахожу ответа на этот вопрос. Просто сижу в своей комнате, пытаюсь отогнать дурные мысли. Как бы мне хотелось стереть из памяти все, что произошло!

Мобильный телефон тихонько вибрирует. Скорее всего, это либо Мелисса, либо Дениз. Крис точно не станет мне звонить. Да и я не хочу его слышать. И видеть не хочу.

– Лид, как насчет тематического вечера? – раздается в трубке звонкий голос Дениз. – Ты пойдешь?

– Я еще не решила. – Я пугаюсь своего же голоса. Последние несколько часов я провела молча. Мой голос хриплый и грустный. – А Мелисса?

– Она сегодняшний вечер проведет с тетей. Зара попросила ее помочь. Стой, Лид, что с тобой?

– Ничего, все хорошо. А почему я об этом ничего не знаю?

– Я без понятия, Лидия, честно. Все, что я знаю, я уже сказала. Ну как? Ты пойдешь?

– А что за вечеринка? – говорю я, потирая бровь.

– Так. Я через трубку слышу, Лид, что-то случилось. Я сейчас приеду.

Я прикрываю рот рукой, чтобы не сорваться, и не успеваю возразить, как Дениз отключается.

Губы болят по-прежнему. Ноющая боль напоминает мне о том, что произошло: о безумных серых глазах, наполненных страхом и ненавистью, об устрашающем голосе, о криках… Я тихонько дотрагиваюсь до шеи и вспоминаю его мертвую хватку, его горячее дыхание. Он был похож на разъяренного зверя, готового кинуться на меня и порвать в клочья. Меня до сих пор трясет. Я никогда не думала, что Крис может поднять на меня руку. А ведь я ничего такого не сделала. Я лишь хочу знать правду, хочу быть для него чем-то большим, а не просто «деткой», которую он может брать, когда захочет.

– Лидия! – Дениз осторожно заглядывает в мою комнату. Вероятно, я так задумалась, что не услышала, как она вошла в дом. – Твой отец меня впустил. Сказал, что ты тут.

Я слезаю с подоконника и пересаживаюсь на кровать.

– Заходи.

– Боже, что с твоим голосом? – Увидев мой заплаканный вид, Дениз подбегает и крепко обнимает меня. – Расскажи мне, что произошло!

Она небрежно кидает свою цветастую сумку на кровать и садится рядом со мной.

– Я не хочу говорить об этом.

– Ты уверена? Я хочу помочь! – Она делает паузу и внимательно рассматривает мое опухшее лицо. – Это Джонс? Что он сделал? Расскажи! Сразу станет легче.

– Просто посмотри на мое лицо.

Дениз сразу поняла, что произошло.

– О, боже! Как? Что случилось?! – она снова обнимает меня, еще крепче.

– Я нашла у него в ящике наркотики, – говорю я, вытирая нос рукавом. – Попросила объяснить, откуда они, а он набросился на меня и… вот.

– Наркотики? Я знала! Что-то с Джонсом не так! Не зря про него ходит столько слухов! Лидия, тебе надо порвать с ним! Пока не стало хуже! – Я не знаю, что ответить, и продолжаю молча шмыгать носом. – А знаешь, тебе точно надо сходить развеяться. Сегодня в «Грифоне» будет вечеринка в стиле 20-х годов.

– Ден, ну какая вечеринка? Я выгляжу ужасно! И губа еще не зажила.

– Ничего страшного! В те годы красная помада была в моде. Накрасишь и все! – Дениз вскакивает с кровати. – Сейчас вернусь!

Через несколько минут она возвращается с белым целлофановым свертком в руках.

– Это лед. Не знаю, почему ты раньше не догадалась приложить его к губе? Слава богу, вечеринка только через несколько часов, и мы успеем собраться. Будешь выглядеть отлично, обещаю!

Я, грустная, но спокойная, как удав, беру пакет со льдом и прикладываю к губе. Черт, холодно! И немного больно. Но это к лучшему. Может быть, Дениз права, и мне действительно нужно выйти сегодня на улицу?

– Спасибо, что пришла, Ден. Мне стало легче, – говорю я и вижу на ее лице радостную улыбку.

У Дениз есть редкий дар – она хорошо умеет отвлекать. Как начнет рассказывать невероятные истории о том, что происходит на лекциях, или в свободное от наших посиделок время, как я тут же забываю о своих проблемах.

– Подержи подольше. У тебя и так отек небольшой. Через десять-пятнадцать минут все должно пройти.