Просматривая потрепанную книжку, выпущенную в 1939 году, Брайцев обнаружил между страниц фотографию Багрова в трусиках и майке. Открытка размером девять на двенадцать была разрезана пополам. Вторая половина, на которой, очевидно, был запечатлен еще кто-то, отсутствовала. На втором плане виднелись очертания какого-то сооружения, показавшегося Брайцеву знакомым. Всмотревшись внимательнее, он высказал предположение, что это, по всей вероятности, причал речного трамвая в Серебряном бору. На обороте фотографии сохранились часть надписи и половина печати. Надпись гласила:

«…ять

…чах

…ина».

Печать оказалась менее загадочной. Брайцев прочитал: «…ото-работников. Артель им. Красина».

Обрадованный этой находкой, Северцев продолжал поиски. Простукивая капитальную кирпичную стену, он вдруг ощутил пустоту. За обоями оказалась тонкая фанерная прокладка. Вскрыв тайник, Северцев увидел тщательно смазанный пистолет «Беретта» образца 1923 года и шесть запасных обойм…

11

Артель имени Красина специализировалась на групповых съемках. В летнее время, когда количество заказов на групповые портреты снижалось, артель устанавливала несколько временных точек в наиболее людных местах Москвы…

Председатель артели - деятельный молодой человек, выслушав лейтенанта Карпатова, с готовностью взялся ему помочь. Дело в артели было поставлено солидно: старые негативы и корешки квитанционных книжек сохранялись в течение нескольких лет.

Чтобы как-то сузить круг поисков, начали с выяснения, кто из фотографов за два последних года работал в Серебряном бору. Насчитали пять человек. Из архива бухгалтерии приволокли целую гору запыленных квитанционных книжек.

Около семнадцати часов подряд Карпатов вместе с двумя девушками, добровольно вызвавшимися помочь ему, перебирал корешки квитанций. Но квитанции на имя Багрова не обнаружилось. Тут Карпатова осенила мысль. «А почему непременно квитанция выписывалась на фамилию Багрова? - подумал он. - С таким же основанием расплачиваться за фотографии мог и другой человек, изображенный на обрезанной части фотоснимка. Не исключено, что этим человеком была женщина. Тем более, что на обороте фотографии сохранилась часть подписи: «…ииа». Зина, Нина, Галина, Ирина… Или же окончание фамилии: Малинина, Силина, Забродина… Да мало ли имен и фамилий, оканчивающихся на два этих слога!»

Карпатов решил еще сузить круг поисков и просматривать лишь те негативы, квитанции к которым были выписаны на фамилии женщин.

Случайно зашедший в кабинет старший лаборант артели взглянул на часть открытки, изъятой при обыске у Багрова, и сказал, что отпечаток сделан на «Мимозе». Этой бумагой пользовались в конце прошлого лета. Партия была небольшой. Числа можно легко уточнить по копиям накладных.

Так еще раз сузился круг поисков, и к вечеру Ивану Ильичу принесли шесть экземпляров фотографий Николая Багрова и его знакомой. Квитанция была выписана 28 августа прошлого года на имя Корнеевой Н. И.

Это пришлось как нельзя кстати, потому что на первом допросе Багров категорически отверг предъявленные обвинения. Он отрицал все. Когда Северцев спросил его, чем же, наконец, он объяснит незаконное хранение оружия, и положил на стол пистолет «Беретта», Багров удивленно пожал плечами.

- В глаза этого не видел.

- Бросьте валять дурака! - сказал Северцев. - Пистолет найден в вашей комнате. Вот акт, подписанный понятыми. Тут уж никуда не попрешь.

Но Багров ухитрился вывернуться:

- Позвольте, но пистолет обнаружен а стене, а тайнике, за обоями…

- А вы откуда знаете, где он обнаружен, ведь вы же не видели его в глаза?

- Я же грамотный, об этом сказано в акте.

Он был прав, и Северцев разозлился на себя за этот промах.

- Я получил комнату в позапрошлом году по ордеру райжил-отдела, - объяснял Багров. - До меня в ней находился другой жилец. Я же не обязан был заниматься простукиванием стен и поисками тайников.

- Вы случайно не в курсе, куда переехал прежний жилец? - спросил Северцев.

- На Ваганьковское кладбище! - с издевкой ответил Багров.

Крыть было нечем. Северцев взвесил на ладони густо смазанный пистолет, достал из кармана платок и вытер руки. По видимому, оружие давно уже лежало без употребления. Калибр гильзы, найденной на Каширском шоссе, был 7,62 миллиметра. Пистолет «Беретта» имел укороченные патроны 9-миллиметрового калибра. И здесь концы не сходились с концами.

И хотя первый допрос окончился ничем, хотя Багров никогда еще не состоял под следствием, Северцев своим профессиональным чутьем угадывал, что перед ним матерый бандит, ловкий и умный противник. Северцев отлично знал: рано или поздно будет сбит этот нагловато-снисходительный тон и разговор пойдет по-иному. Однако этому должна предшествовать долгая, тяжелая и кропотливая работа, которая называется следствием.

…Спустя сутки после ареста Багрова Мария Гонтарь была приглашена в уголовный розыск. Ее принял все тот же «чудаковатый» капитан, с которым она познакомилась а ГУМе.

- А, старая знакомая! - улыбнулся он.

Увы, ее уже не могли обмануть ни эта деланная мягкость, ни кажущееся простодушие.