Читаем По следу крови полностью

В заключении экспертизы, в частности, говорилось: Линда Манн, рост пять футов два дюйма, вес 112 фунтов. На правой щеке вверху и под правым глазом, а также на подбородке и горле отмечены повреждения. Вероятен удар в подбородок, ставший причиной потери сознания. Под ключицами, почти посередине, имеется кровоподтек. Видимо, потерпевшей нанесли также сильный удар в верхнюю часть груди. Волосы на лобке запачканы засохшей спермой. Очевидно, была сделана попытка совершения полового акта, закончившегося преждевременной эякуляцией. Наличие глины на внешней стороне босых ступней свидетельствует о том, что тело волокли за верхнюю часть, возможно, за жакет.

По мнению же детективов, синяки на теле жертвы — результат того, что преступник, затягивая шарф, упирался в ее грудь коленом, скорее всего левым, если он правша.

Длинные ногти девушки не были сломаны, значит, Линда Манн сильного сопротивления не оказала. Подтверждением этого являлось отсутствие царапин и кровоподтеков на влагалище. Язык жертва прикусила от удушья. Возможно, умирала она в сознании.

Главный эксперт лаборатории судмедэкспертизы в Хантингдоне привел еще один аргумент в пользу того, что сопротивление жертвы не было долгим. Судя по положению кроссовок, потерпевшая разулась сама.

Ползунок молнии на джинсах жертвы заело, на основании чего высказывалось предположение о том, что их с девушки просто сорвали, поэтому они были вывернуты наизнанку и брошены рядом с телом. Экспертиза подтвердила предварительное заключение патологоанатома: смерть Линды Манн наступила от удушья.

Явно взволнованный представитель клиники «Карлтон-Хейес» в тот же день заявил журналистам:

— Хотя трагедия и произошла у наших дверей, нет никаких оснований полагать, что она имеет какое-то отношение к больнице.

Дерек Пирс окинул взглядом здание и хмуро сказал:

— Ну да, у вас ведь из каждого окна по маньяку и психопату выглядывает. Какие уж тут основания!

От семьи с представителями средств массовой информации, собравшимися в доме местного совета в Нарборо, беседовал Эдди Иствуд.

Обхватив голову руками, он говорил:

— У меня такое ощущение, будто мне съездили кирпичом по голове. Я не понимаю! Линда такой жизнерадостный, воспитанный ребенок. Немного себе на уме, но в школе у нее было полно подруг. Она прекрасно училась. Не представляю, кто сделал с ней такое? Мы с женой в отчаянии.

Друзья Кэт Иствуд видели, что она оглушена и говорит чисто механически. Даже плакать она не могла.

Первую зацепку следователям дали судмедэксперты. Когда после эякуляции убийца все-таки овладел жертвой, она еще была жива — на внутренних губах и во влагалище обнаружили сперму.

Анализ семени выявил наличие сильной белковой фракции 1+. Тест на антигены показал большое количество вещества А-секреции.

По мнению экспертов, такая комбинация встречается только у одного из десяти взрослых мужчин в Англии. Это научное утверждение стало пока единственной ниточкой следствия. А-секреция, белковая фракция 1+ — сотни полицейских повторяли эту фразу почти четыре года, слабо понимая, о чем идет речь.

Анализ крови, конечно, не мог однозначно указать на убийцу, но все-таки… И Эдди Иствуду предложили сдать кровь.

Эдди жаловался, что его оклеветал бывший мальчик Линды, который имел на него большой зуб. На самом же деле Дерек Пирс дотошно следовал обычной схеме: Эдди Иствуд — отчим. В семью Линды Манн он вошел относительно недавно. Следовательно, вполне мог убить падчерицу еще дома и избавиться от тела подле Блэк-Пэд.

— Я предупредил мистера Куттса, что хочу проверить Эдди, — по-деловому объяснил Пирс своим подчиненным. — И намерен это сделать.

Он приехал к Эдди в девять вечера и нашел его в кровати. Эдди сказался больным и не хотел никуда ехать, но Пирс стоял на своем.

— Такие люди заболевают, когда хотят, — сказал он сослуживцам. — Этот Иствуд вечно на больничном!

— Пирс мне с самого начала не понравился, — жаловался Эдди, — а Сюзан, моя старшая падчерица, так та просто его невзлюбила. Другие офицеры пытались ему втолковать, что я не мог убить Линду, так нет, он настоял на анализе. Упрямый этот ваш Пирс, как осел.

— Во-первых, все, кто непосредственно связан с убитой, будут сдавать кровь, — заявил Пирс Эдди. — А во-вторых, есть люди, которые подозревают именно вас, Иствуд.

— Вы хотите сказать, что я убил собственную дочь? — взорвался Эдди.

— Падчерицу, — поправил инспектор. — Нет, лично я так не считаю. Но кто знает? Я сам отвезу вас на анализ и привезу обратно. Чтобы не оставалось никаких сомнений.

— Но я болен! — отнекивался Эдди. — У меня радикулит!

— Я понимаю. Я тоже не совсем здоров, — успокаивал его Пирс. — Нам обоим будет легче, когда мы с этим покончим, уверяю вас.

Проходя мимо очереди подозреваемых, спешно собранных в полиции, Эдди вдруг вспомнил, что в ночь убийства играл в пабе с полицейским.

— Я вспомнил! — воскликнул он. — Я резался в дартс в пабе «Дог энд ган» с кем-то из ваших.

Можете проверить!

Но Пирс был намерен отправить Эдди на анализ, даже если бы в момент убийства он играл в дартс с самим лордом главным судьей.