Читаем По пути Ясона полностью

Нежелание Ясона лгать подвергло предводителя аргонавтов опасности. Царь пригласил гостей разделить с ним еду, а после пиршества спросил у своих внуков, почему те столь быстро возвратились, да еще привели с собой чужаков. Арг, старший из четверых, поведал, что они потерпели кораблекрушение у острова Ареса, были спасены аргонавтами и приплыли домой. А чужаки, продолжал он, прибыли за золотым руном, которое хотят забрать с собой в Грецию. Если Эет согласиться отдать баранью шкуру, Ясон и аргонавты готовы помочь колхам в их затяжной войне с северными соседями — савроматами.

Эет разгневался, обрушился с бранью на Ясона, Авгия и Теламона и поклялся, что если аргонавты тотчас же не покинут пределы его царства, то жестоко поплатятся за свою дерзость. Все, что они рассказывают о золотом руне, — ложь. На самом деле они приплыли сюда, чтобы убить царя и завладеть его троном. Если бы их не защищали законы гостеприимства, он бы отрубил им лживые языки и руки и отослал бы изувеченными обратно, чтобы все узнали, как Эет поступает с незваными гостями.

Ясон сохранил хладнокровие и повторил, что готов со своими товарищами присоединиться к колхам и выступить на савроматов, если ему отдадут руно. И если Эет прислушается к голосу разума, тогда он, Ясон, клянется сделать так, чтобы имя царя восхваляли во всей Элладе.

В итоге получилось, что бедняга Ясон снова угодил в ту же ловушку, с которой, собственно, и начался поход за золотым руном. Тогда Пелий смутил его разум обещанием уступить трон Иолка, а теперь царь Эет сказал Ясону, что тот получит руно, если исполнит его повеление: «Если и вправду ваш род от богов, если мне не уступишь / Ты ни в чем, явившись сюда за чужим достояньем, — / Дам золотое руно увезти, как того ты желаешь, / Но испытаю сперва». Юноше предстояло подвести под ярмо двух огнедышащих быков, что паслись на священной равнине Ареса на другом берегу реки, потом прогнать животных по «ниве Ареса четырехдольной» и засеять борозды зубами дракона, из которых вырастут воины в медных доспехах, каковых надлежит убить; все это требовалось совершить в промежуток от рассвета до заката. Эет прибавил, что эти деяния не являются невозможными, что сам он «свершает сей подвиг своими руками». Если Ясон выкажет себя достойным и справится с испытанием, он получит желаемое.

На самом деле Эет замышлял покончить с аргонавтами и приказал своим воинам, даже если Ясон выдержит испытание, сжечь «Арго» вместе с командой. Что же касается его четверых внуков, тех за ослушание и за то, что привели в Колхиду чужестранцев, царь намеревался изгнать.

Тут в историю аргонавтов вступает царевна Медея. Аполлоний говорит, что она приметила Ясона, едва тот вошел в ворота. Пригожесть микенца поразила ее в самое сердце, и она с первого взгляда полюбила юношу. Пока гости вели беседу с Эетом, Медея пряталась в своих покоях, разрываясь между любовью к чужаку и дурными предчувствиями относительно своей любви. Впрочем, она знала, что, что бы ни случилось, страсть ей не победить, а значит, она должна помочь Ясону, даже если придется пойти против воли отца.

В Колхиде Медею знали как деву, наделенную магическими способностями, но свою зловещую репутацию она заслужила позднее, в Греции. Пока же о ней говорили, что она знает все чудесные травы, умеет плести чары и насылать наваждения. Кошмарное превращение Медеи из влюбленной колхидской девы в смертоносную колдунью — одна из самых известных метаморфоз греческой мифологии. Однако поначалу она была вполне привлекательной фигурой. Когда Ясон вернулся на «Арго», сын Фрикса Арг упомянул о колдовском даре Медеи и посоветовал аргонавтам искать у нее помощи против царя. Он вызвался отвести Ясона туда, где царевна окажется в одиночестве, — в храм подземной богини Гекаты.

Ясон согласился, и они с Аргом направились к храму в сопровождении прорицателя Мопса. У самой священной рощи Мопс остановил Арга: ему открылось, что Ясон и Медея должны встретиться наедине, иначе успеха не добиться. Когда Медея увидела Ясона, пишет Аполлоний, «сердце упало в груди… затмились туманом / Очи ее; и залил ей ланиты горячий румянец: / Шагу ступить ни назад ни вперед не была она в силах, / Словно к земле приросли стопы онемевшие девы». Ясон ласково заговорил с нею, убеждал не опасаться, объяснил, что пришел за подмогой: мол, если она поможет, ее имя до скончания веков будут славить за доброту; он напомнил девушке об Ариадне, которая помогла герою Тесею победить Минотавра и выбраться из чудовищного лабиринта. Ариадну боги вознаградили звездной короной, «что венцом Ариадны зовется» (созвездие Корона). Не менее щедро облагодетельствуют они и Медею, если та поможет; ведь, прибавил Ясон, «ты прекрасна / Так, что не можешь не быть непременно и кроткой и доброй».

Аполлоний продолжает: