Читаем По пути Ясона полностью

Ныне местность, которую Аполлоний называет Медвежьей горой, известна как полуостров Капидаг — «гора-дверь», а «прекрасная гавань» получила название от родника — Артакия, по-турецки Эрдек. «Арго» бросил якорь в гавани Эрдека рано утром 27 мая; чуть позже тем же днем я высадился на берег и прошел около полумили до того места, где 3000 годами ранее древние аргонавты оставили «по велению Аполлона» камень-якорь «святыней в храме» Афины, божественной покровительницы Ясона.

По невероятному стечению обстоятельств — благодаря случайной встрече шесть недель назад — я точно знал, где искать место, ранее известное как «родник Ясона». Этой удаче я был обязан плохой погоде и застольной беседе. Когда мы перегоняли «Арго» со Спецы в Волос, то проложили маршрут между побережьем Аттики и островом Эвбея. Погода выдалась жуткая, было холодно, ветрено и сыро. По славной моряцкой традиции несколько членов перегоночной команды решили укрыться от непогоды в прибрежной таверне города Халкис. На борт, короче говоря, они прибыли в состоянии, в котором за весла не садятся, а на выходе из гавани мы столкнулись с сильным северным ветром. Радея о безопасности корабля (и чрезмерно «нагрузившихся» членов экипажа), я решил укрыться в первой же бухте на пути. Пожалуй, в ином случае у меня не возникло бы ни малейшего желания ее посетить, но порывы ветра и косой дождь не оставили мне выбора: мы поспешно причалили, вытащили галеру на берег, а сами укрылись в сарайчике на берегу, сгрудившись, точно наседки в курятнике.

Отогревшись, я изучил карту и понял, что мы зашли в порт Неа Артаки — Новая Артакия; мне сразу же вспомнился священный родник, или источник, богини Артакии (Богини-Матери), у которого Ясон оставил камень-якорь. Тогда я отправился в город проверить, какое отношение имеет современный порт на острове Эвбея к источнику на полуострове, выдающемся в Мраморное море. В правлении рыбацкого кооператива мне сообщили, что Неа Артаки основали греки, приплывшие из Артаки (Эрдека) в период «большого переселения» 1920-х годов — тогда многие турки уезжали в Турцию, а греки возвращались на историческую родину. Услышанное меня изумило, и я уточнил, нет ли в городе человека, который помнит, как греки жили в Эрдеке, и может рассказать о преданиях и традициях той местности. Рыбаки — шторм вынудил их остаться на суше — обстоятельно посовещались между собой и в конце концов сказали, что мне нужно поговорить со старым Вассилисом Калафтери.

— А он согласится поговорить со мной? — спросил я. — Может, ему неприятно будет вспоминать? Или он слишком стар, чтобы помнить ясно?

— Ничего подобного, — уверили меня. — Вассилис у нас молодец. Покинув Артаки, он объездил весь свет, много знает и на память не жалуется.

В итоге я пришел в кафе, где мне назначил встречу Вассилис Калафтери. Этот старец и вправду оказался из тех замечательных людей, которые доживают до преклонного возраста, не утрачивая живости и остроты ума. Родился он в 1892 году, прожил в Эрдеке почти до тридцати лет и помнил свою жизнь в этом городе в мельчайших подробностях. Сначала я спросил, знает ли он какое-либо место в Эрдеке, связанное с историей Ясона и аргонавтов. Вассилис сразу понял, что я имею в виду; разумеется, сказал он, там есть родник, который называют Артаки-крини или Ясон-крини — источник Артакии или источник Ясона. Во всяком случае, называли раньше; теперь-то некоторые называют родник Пагато.

И где же этот источник? Вассилис объяснил, что нужно пройти километра полтора по дороге, ведущей от гавани. В годы его юности считалось само собой разумеющимся, что именно у этого родника аргонавты оставили своя камень-якорь. Вообще-то, прибавил Вассилис, в 1906 году в порт зашла некая британская яхта, и ее моряки ночью попытались украсть камень. Однако круглый камень выскользнул у них из рук и раскололся надвое, а внутри обнаружились какие-то письмена, которых никто не смог прочитать. И как я узнаю источник? Очень просто, уверил старик: ориентирами мне будут служить две растущие поблизости смоковницы и два каштана.