Читаем Playthings полностью

Ситуация ощутимо накаляется, потому что Маттиас явно не в восторге от руки Блондина на моем плече (он думает, что я кроткая монашка что ли?), а Мика не в восторге от самого смуглого красавчика. Наверняка они тоже еще со школы знакомы, оба конкурентоспособны и девчонки за обоими гонялись не хуже отрядов зомби за последними выжившими.

— Не думаю, что ей нужна твоя помощь, Бэтмэн, — голос Мики был холодным настолько, что щедрая фантазия уже подкинула мне картинку, где капитан закидывает Маттиаса за барную стойку, — и как бы мне не хотелось где-то в глубине души это увидеть, я очень надеюсь что до такого не дойдет. Потому что Каллахен очень терпеливый, а смуглый красавчик — догадливый. Надеюсь, что догадливый.

Маттиас посмотрел на меня, напрочь игнорируя Блондина, и я, не отводя взгляда, сняла капитанскую руку с плеча, привычно сжала его ладонь и отступила назад:

— Нам пора, и помощь мне не нужна, все отлично.

— Увидимся завтра, — Маттиас улыбнулся так, что и сомнений не оставалось — непременно увидимся. Этот взгляд мне не понравился, да и Мике тоже, потому что тот сразу же фыркнул в ответ:

— И губу закатай к этому моменту, — и зашагал прочь, утягивая меня следом. Мимо бара, мимо танцпола, — мне было все равно куда, на самом деле, хоть в грязную узкую кладовку со швабрами, ведь мы снова вдвоем и совершенно одни.

— Господи, Джейсон, я был готов застать тебя распивающей пиво из шланга стоя на барной стойке, но никак не в компании этого ушлепка, — возмущенно выдал Мика, стоило нам выйти в относительно тихое место — сменили басы от колонок, от которых закладывало уши, на шумовую завесу голосов и смеха в открытой лаундж-зоне на крыше. Я успела увидеть даже диван с нашими ребятами — и целую колоннаду бутылок и стаканов на столике, но Блондин утащил меня в другую сторону. Свежий вечерний воздух подействовал не хуже очередного алкогольного залпа — после душного танцпола с периодическими дымовыми эффектами у меня едва ли не голова закружилась.

— Это мой школьный друг, что ты вообще..? — обняв его двумя руками, я уткнулась носом в его майку и посмотрела снизу вверх с преувеличенно-невинным видом. — Мы учились в параллельных классах.

— Это не мешает ему развешивать вокруг свои слюни, — ворчливо отозвался Мика, сощурившись. Я заулыбалась в ответ, крепче сжала объятия и шутливо толкнула его коленкой. — Что-о-о?

— Он же не знал.

— И что?

— Ты такой потрясающий, когда ревнуешь, — мурлыкнула я, прикоснувшись губами к выпирающей над вырезом майки ключице. Мика порывисто вздохнул, а я нахально продолжила поцелуи, поднимаясь выше — по шее, по линии напряженной и внезапно проступившей вены. Теряя голову от чувства вседозволенности — ведь капитан стоит и ничего не делает, мои ладони оказались уже под майкой, на горячем животе, пальцы пробежались по прессу и нырнули за пояс шорт.

— Посмотрим, как ты будешь восторгаться, когда я буду гонять твоих любовников с ружьем наперевес, — шутливо огрызнулся Мика, а я фыркнула, дернула его за пояс, вовлекая в грубый поцелуй и прижимаясь близко-близко.

— Я всегда буду тобой восторгаться, упырина. Только никаких любовников ты не дождешься, мне тебя и того цирка, что вокруг творится, с лихвой хватает для острых ощущений… — хмыкнула я. — Тем более, мы столько всего еще не попробовали.

— Например?

Я обняла его за шею, вынуждая наклониться ближе, и постаралась максимально доступно рассказать, как бы мне хотелось избавиться от шорт, и что мне майка как корсет, и “поговори с Тайки, неужели у него нет ничего для решения подобных проблем?”

От клуба мы идем пешком, вдвоем, через половину города. Уже сильно заполночь, от музыки и у меня до сих пор шумит в ушах, но у нас чудесная прогулка по затихающим ночным улицам — Мика держит меня за руку и перекатывает во рту чупа-чупс из супермаркета по пути. Последнее, что я успела увидеть на выходе из клуба — это Камиллу и Стивена, целующихся уже на улице. Я подняла упавшую челюсть под смешки Каллахена, но мешать не стала, пришлось уходить не попрощавшись. Вряд ли это что изменило, в любом случае им в одну сторону домой добираться, не пропадут. Не маленькие.

Пока мы неспешно шли, я рассказывала о том, что на той вечеринке у Тайки, с которой все и началось, “кое-кто упыриной наружности” наверняка использовал классический метод подката, за что и получил пиво на голову.

— Я смотрю, традиция лить напитки у тебя с тех самых пор и осталась, — хохотнул Блондин, с причмокиванием вытаскивая конфету изо рта.

— Ты правда не помнишь, что там случилось?

— С трудом. Слишком много дури в голове, помноженное на литры алкоголя — чего ты от меня такого юного и беспечного хочешь?

— Ты и сейчас… Эй!

Мне в щеку ткнулась липкая конфета, я скорчила рожу и получила в ответ еще и легкий поджопник — пришлось смиренно соглашаться что да, юность была давно и от нее только воспоминания и остались. И дурь в голове. И убегать потом, конечно. Далеко.