Читаем PlayKiller полностью

Обратно я вернулся с пустыми карманами и смутными перспективами на будущее. Зато внеплановое свидание с Элли пришлось как нельзя кстати — щемящее чувство в глубине души, возникшее после встречи с Талтером, потихоньку рассосалось. Я снова стал самим собой — уверенным в себе хищником, справиться с которым под силу не каждому охотнику.

Нужно лишь, чтобы стандартное сафари перетекло в неконтролируемую схватку не на жизнь, а насмерть. Уж в этой стихии мне точно нет равных.

Остаток ночи прошёл в беспокойных сновидениях и кошмарах, так что наутро я дал себе зарок досыпать в кровати. Уж лучше дремать в игре, наслаждаясь безмятежной пульсации синевы. С другой стороны, после рассказа Игоря задерживаться там не очень-то и хотелось. Теперь жёсткие временные ограничения не воспринимались мной, как бесящая помеха. Некоторым людям пришлось заплатить собственной жизнью, чтобы доказать вред длительного погружения.

Видимо, только эта неприятная особенность виртуальной реальности не давала засунуть туда граждан развитых стран на постоянной основе. С перенаселением боролись всеми возможными способами, судя по разрешению брать в супруги хоть кошку или даже голографическую проекцию. Лишь бы не детородного партнёра.

Увы, пока что туда разрешалось ходить строго эпизодически, во избежание неприятностей со здоровьем. Иначе мир стал бы похож на ту самую «Матрицу» из кинофильма.

Очнулся я против собственного ожидания не на борту корвета, а в «отдыхалке» нашей базы. Опять меня в бессознательном состоянии перекантовали, но это нормальная практика. Как оказалось, корабли уже успели добраться до «Жигулей» и уже получили здесь постоянную регистрацию. Как-то подозрительно быстро, учитывая черепашью скорость «Сракотана».

Зато теперь эсминец представлял собой серьёзную боевую единицу, способную в одиночку сдерживать целое направление. Помимо мощных торпед с нейтронной начинкой на его борту появился полноценный субатомный деструктор, расщеплявший объекты не хуже промышленного утилизатора. Вот только для аннигиляции не нужно было подлетать к объекту практически вплотную — дальность позволяла вести прицельный огонь на четверть световой секунды.

Новое силовое поле честно держало три выстрела подряд из фазовой пушки, или с десяток более слабых аналогов. Реактор тоже установили один из последних — он один стоил, как неплохой сторожевой катер тира этак пятого-шестого.

Правда, скорость всё равно оставляла желать лучшего, но в качестве защитника корабль был идеален, особенно в связке с артиллеристом и ремонтником. Самостоятельно отразить серьёзный наскок эта троица пока ещё была не в силах, но и сама станция уже давно не являлась безобидной консервной банкой. Мусороперерабатывающий завод основательно подлатали, и теперь он мог в случае чего принять урон на себя. Даже серьёзный флот надолго завязнет в перестрелке, не говоря уже о мелких рейдовых группах. Их и вовсе попросят на выход с первого же залпа.

Апргрейду подвергся и подаренный Убивашкой корвет, пусть и не в таком серьёзном масштабе. Вместо «пустышек» добавили пару модулей, установив варп-сетку и центр управления дронами. В основном, их задача сводилась к отвлечению противника на себя и оперативному ремонту корпуса. Из базового оружия остались спаренные пушки Гаусса, а так же мощное ионное копьё. Из-за конструктивных ограничений ракетное вооружение на звездолёт не прикручивалось, поэтому два дополнительных слота заняли плазменные орудия. Каждый выстрел стоил безумного количества энергии, зато по величине наносимого урона им практически не было равных. Сильнее по лицу били только тяжёлые деструкторы и прочие аннигиляторы, типа ЛФЗ. Но так они и перезаряжались куда медленней.

Огорчало меня в новом флагманском судне только одно — его нынешнее название. Зря не зашёл раньше. Хреноватор так расчувствовался, что решил окрестить его в мою честь. Теперь наш немногочисленный флот возглавлял «Кул моржовый», и с этим уже ничего нельзя было поделать. Только понять и простить.

Отбив себе всё лицо рукой, я направился на встречу с клан-лидером, который в этот раз изменил своим привычкам и шлялся где-то в нижних ярусах станции. Без помощи нейроинтерфейса найти сюда дорогу было почти невозможно. Создатели этого промышленного монстра не любили коротких путей и простых решений, накручивая сектора на центральную ось, отчего общая проекция напоминала спираль. Вдобавок, положение усугубляло то, что кое-где по-прежнему ещё царил вакуум, а отдельные части и вовсе отсутствовали.

Болеслав отыскался в одном из технических отсеков, загромождённых каким-то непонятным оборудованием. За техникой приглядывал тощий К’Вонг в потёртом комбинезоне, являвшимся спасённым персонажем. Плохо, мне свидетели сейчас ни к чему. Его родное имя представляло собой не выговариваемую мешанину из букв, поэтому мой партнёр выдал ему простую кличку «Недобитор». Уж не знаю, за какие заслуги.