Ирен посмотрела на часы. Дэниэлу осталось двенадцать дней. Если она сегодня доберется до Огдена, то окажется в Орегоне во вторник, самое позднее в среду. Затем нужно будет срочно съездить в Салем. Встретиться с директором тюрьмы, после чего позвонить окружному прокурору. Нужно что-то предпринять, чтобы остановить казнь. Это был несчастный случай. Никто не виноват, никого не надо наказывать.

— Мне нужно успеть кое-что сделать. То, чем мне следовало заняться еще несколько лет назад. Если я не попаду туда, куда мне нужно, через несколько дней, я не смогу сделать то, что собралась.

— Но вы не знаете этих гор. Не исключено, что снова начнется метель. Да и подъем крутой, просто предательский подъем.

— Я справлюсь.

Дорис постукала ногтем себя по зубам.

— Вы уверены в этом?

— Абсолютно.

— Ну, тогда давайте займемся подготовкой к вашему отъезду.

Флетч расчистил место возле заднего колеса пикапа и показал Ирен, как натянуть на колесо цепь.

— Пока она вам не нужна, но миль через двадцать от нас дорога будет совсем другая. Съезжайте с обочины и останавливайтесь. Надевайте цепи. Причем не раздумывая. Не стоит вам огорчать сына. — В качестве доброй услуги на прощание Флетч загрузил в багажник пикапа несколько сот фунтов вайомингского гранита. — Это для устойчивости.

Ирен поблагодарила механика, села в машину и выехала на трассу I-80. Проехав десять миль, она миновала Рок-Спрингс. Но не проехала она дальше и пяти миль, как началась снежная буря. Снежинки, плотные почти как ольховые сережки, в мгновение ока покрыли дорогу белым ковром. Пикап завихлял из стороны в сторону, но Ирен крепко сжимала руль и внимательно смотрела вперед, выискивая место, где можно съехать на обочину и надеть цепи.

Проехав еще несколько миль, она увидела огни фар, заставившие ее остановиться. Ирен видела, как один за другим люди съезжали на придорожный «карман», вылезали из машин и надевали на колеса цепи.

Натянув подаренные Дорис перчатки и шляпу, Ирен последовала примеру других автомобилистов.

Флетч правильно поступил, дважды показав, как надевать цепь, а потом заставил ее сделать это своими руками. Однако и это не помогло. Дул пронизывающий ветер, а Ирен была одета как для осеннего пикника. Непослушными, замерзшими руками она безуспешно пыталась сделать то, что ей объясняли.

Когда же ей окончательно стало невмоготу, она забралась обратно в пикап, сняла туфли и носки и принялась растирать ноги и согревать руки дыханием. Когда она была готова снова взяться за цепи, снегом, как назло, залепило окна машины. Отчаянно борясь с холодом, он отгребла от колес снег и каким-то чудом исхитрилась надеть цепь — недостаточно плотно, но все же. Затем обошла машину и стала заниматься с колесом на другой стороне. Через двадцать минут, почти не чувствуя окоченевших рук, Ирен снова села в пикап и, устремив взгляд на потолок, поблагодарила того, кто помогает женщинам надевать цепи на колеса и проехать через горы. Она была уверена, что через горы проедет во что бы то ни стало. Ее ничто не остановит. В ее распоряжении всего двенадцать дней. Она должна попытаться спасти Дэниэла Роббина и, хотя не имела ни малейшего представления о том, как это сделает, решила, что своего добьется. Она просто обязана это сделать.

Глава 44. 20 октября 2004 года

На Блисс Стенли был идеально отутюженный голубой костюм и строгая белая блузка. На ногах туфли на низком каблуке. Черный портфель. Бескомпромиссная поза. Гладко зачесанные назад и собранные в пучок волосы. Несколько непокорных прядок выбились из прически и, как нимб, обрамляют округлое лицо. Блестящие зеленые глаза. Пораженный ее внешностью, Мейсон понимал, что независимо от того, насколько эта женщина хочет, чтобы ее воспринимали серьезно, при виде ее у любого мужчины первой возникает следующая мысль: черт побери, да она же красавица!

Посетительница протянула руку. Мейсон пожал ее, после чего указал на кресло.

Мисс Стенли позвонила накануне и сообщила Мейсону, что вылетает в Орегон, чтобы поговорить с ним. Когда он поинтересовался темой предстоящей беседы, она дала резкий ответ:

— Я думаю, вы догадываетесь, о чем пойдет речь. Предлагаю вам поговорить со мной раньше, чем у вас появится моя мать.

Дочь мисс Стенли надела очки, изящные, в черепаховой оправе, придававшие ей ученый вид. Затем, щелкнув замками, открыла портфель.

— У меня тут факсы документов, которые вы отправили моей матери. Бланки программы примирения. — Она вытащила папку и поставила портфель на пол. — Почему вы отправили их ей, мистер Мейсон?

— Потому что она меня об этом попросила.

Мисс Стенли постучала ноготками по папке с бумагами. Мейсон заметил, что ногти коротко подстрижены и покрыты бледно-розовым лаком. Ничего яркого или вызывающего.

— Когда?