Читаем Плакучее дерево полностью

— Пойду за сумкой. Вечером просто не было сил тащить ее от машины.

Обе женщины — Дорис в поношенных ковбойских сапожках, Ирен в теннисных туфлях — побрели по снегу к стоянке. Возле пикапа Ирен стоял олень и обнюхивал землю. У него были большие, фута по два, рога.

— Боже, какой большой, — произнесла Ирен и остановилась.

— Не бойтесь. Он ест листья и траву, все, что я только посажу. — Дорис нагнулась, слепила снежок и бросила его в оленя. Тот посмотрел на нее и ушел прочь. — Его мать несколько лет назад сбила машина. Мы стали оставлять тут сено. Он вырос, и у нас не хватило духа пристрелить его.

— Я еще не видела таких больших оленей.

— Да не обращайте на него внимания.

Ирен подошла к пикапу и посмотрела на оставленные оленем следы. Они были размером с ее ладонь. Неподалеку в снегу лежало что-то серебристое. Дорис нагнулась и подняла.

— Похоже на какую-то кнопку.

Ирен потянула ручку дверцы.

— А, это, — произнесла она. — От моего радиоприемника. Должно быть, выпала, когда Флетч занимался машиной. — Ирен вытащила из пикапа дорожную сумку.

Стоило ей отойти в сторону, как к машине приблизилась Дорис:

— Я бы на вашем месте поставила эту штучку на место. Когда поедете, включите радио и поймайте станцию на волне 1150 АМ. Погода и обстановка на дороге до Огдена.

Ирен села на пассажирское сиденье и попыталась найти на заваленном бумажными пакетами и пластмассовыми стаканчиками полу место для ног, а сама подалась вперед, чтобы вставить кнопку в приемник. И в этот момент ее нога вытолкнула что-то из салона машины. Ирен услышала, как что-то упало. Затем увидела, как по снегу рассыпалась нитка жемчуга.

— О господи, извините меня. — Дорис вылезла из машины и принялась собирать с земли жемчуг, кольцо, медальон в виде сердечка и рассыпавшуюся, как карточная колода, пачку фотографий. Обнаженный по пояс загорелый мальчик, сидящий на берегу ручья. Он же взбирается на скалу, прыгает, бьет себя в грудь, как обезьяна. Широкая улыбка. Красивое лицо и фигура. Еще один снимок. Два юноши сидят на камне. Тот, что моложе, оперся на колено друга.

Шэп и Дэниэл.

Ирен потянулась к дверце.

— С вами все в порядке? — Дорис торопливо засунула все в коробку и схватила Ирен за руку. — Вам плохо? Господи, пойдемте со мной.

Она взяла у Ирен дорожную сумку, забросила ремень на плечо, второй рукой обняла Ирен за талию и повела к дому. Они вошли в гостиную, где на стенах висели картины, изображающие ковбоев на лошадях.

Ирен села на диван и поставила на колени коробку.

— Это Шэп. На этих фотографиях. Это мой сын Шэп.

— Я поняла, — отозвалась Дорис и сжала ей руку, чтобы успокоить.

— Я не видела их раньше. Муж дал мне эту коробку прямо перед отъездом, но я даже не заглянула внутрь.

— Извините, что я все разбросала.

Ирен попыталась открыть коробку.

— Давайте я вам помогу.

Дорис взяла коробку и вытащила фотографии.

— Это он?

Ирен кивнула.

— Какой у него счастливый вид, — произнесла Дорис, передавая Ирен фотографии.

— Вы так думаете?

Глаза Шэпа было трудно разглядеть из-за кудряшек челки. Сам он был загорелый. Джинсы свободно болтались на бедрах.

— Не знаю. Трудно сказать. Наверно, он был счастлив. Я не знаю.

Дорис доверительно наклонилась к ней:

— Конечно был. Вы посмотрите на его улыбку. Очаровательная улыбка. Она напоминает мне моего мальчика, который сейчас делает, что хочет, и точно знает, что ему нужно. Сколько вашему сыну на этом снимке? Семнадцать?

Ирен принялась перебирать фотографии. Шэп взбирается на скалы. Шэп смотрит прямо в объектив фотоаппарата. Огромные красивые глаза.

— Пятнадцать, — ответила она, стирая о брюки капельки влаги со снимков.

— А сколько ему было… когда вы потеряли его?

Ирен посмотрела на следующую фотографию.

Шэп спит, накрывшись одеялом.

— Столько же.

— Неудивительно, что вы так подавлены. Что это было, несчастный случай?

Ирен перевернула следующий снимок. На нем были изображены Шэп и Дэниэл. Рука Роббина показывает на объектив. Второй рукой он обнимает его сына. Оба голые по пояс. Оба улыбаются так, как будто мир принадлежит только им двоим. Ирен прикоснулась к лицу сына, плечу, руке. Затем проделала то же самое с изображением Дэниэла. Двое юношей. Две жизни. Жизни, которых больше нет.

— Да, — прошептала она. — Несчастный случай. Случайный выстрел.

— Сочувствую вам, дорогая, — сказала Дорис и похлопала Ирен по колену. — Ужасная утрата. Но такое часто случается. Охота. Чистка оружия, неосторожное обращение. Я бы не позволила хранить оружие в доме, во всяком случае там, где есть маленькие дети. — Дорис встала. — Вернусь через минутку.

Ирен снова принялась перебирать фотографии. Нэт застукал их на берегу реки, а позднее застал дома. Возникла драка. У Дэниэла оказалось оружие. Между противниками случайно влез Шэп.

Несчастный случай. Всего лишь несчастный случай.

Когда Дорис вернулась, Ирен уже поднялась с дивана:

— Мне понадобятся цепи на колеса.

— Зачем?

— Чтобы проехать через горы.

— Вы шутите.

— Нисколько.

— Но что за внезапная спешка?